– Так, – озаботился Ваня, – есть какой-либо выход?
– Есть!!! Под покровом ночи развозим билеты, оставляем их на ресепшн. При этом всячески избегаем встречи с туристами. После чего забираем вещи и уезжаем в Лиссабон. Живем там на берегу, потому что, если поселимся в отеле, нас тут же вычислят. И убьют. Дожидаемся ближайшего регулярного рейса на Москву. Долетаем до Москвы, где нас непременно убьют. Ну и последний вариант – просим Дояркина, который вылетает сегодня под утро, взять нас в качестве багажа. Долетаем до Москвы, распаковываемся и двигаем уже домой. Где нас уже убьют стопроцентно.
– Ты прям как Петр Первый при подавлении восстания Булавина. Того тоже убили то ли два, то ли три раза. Давай попробуем пойти другим путем. Кто этот брокер? Мы ведь только с помощниками общались? Португалец?
– Да наш кто-то. Билеты через футбольные союзы распространяли, Аристарховна договаривалась с кем-то из москвичей.
Ваня ненадолго задумался:
– Мне, как мужчине и кабальеро, конечно, тяжко это произносить, но пришло время звонить Ольге Аристарховне. Пусть дает контакты, заодно посоветует, как поступить. Да и денег на служебный телефон, чувствую, нужно кинуть. Хотя моя гордость также не позволяет произносить это вслух. Поэтому звонишь ты.
Ольга Аристарховна, как всегда, была неподражаема, пораженческие настроения, а равно и попытки к бегству, пресекла на корню:
– Я еще на работе. Доступ к компьютеру есть в отеле? В бизнес-центре? Отлично. Сейчас поработаю со списками, напишу, кого можно кинуть безболезненно, кого перетасовать. С випами что-то придется придумать вам на ходу. Может, попытаться взять на месте. Хотя дорого. Давайте сначала посчитаем, что выходит в итоге. Телефон брокера будет в письме. Не тушуйтесь. Все будет хорошо. Вы же умные, разберетесь. Да, денег на телефон бросим.
Через двадцать минут Марьяна с Ваней, сидя у компьютера в лобби отеля, лихорадочно, словно карточные шулеры, перетасовывали билеты, сверяясь со списком директрисы. Еще через полчаса все было готово. По большому счету, из критичного не хватало двадцати «зеленых» – десять на второй и десять на третий матч группового турнира. Без нужных билетов могли остаться серьезные люди, убить не убили бы, конечно, времена не те, но жизнь могли бы попортить основательно. Ване опять вспомнился взгляд Ашотовича и все события этого невероятного дня.
– Звоним Аристарховне? – вывела его из задумчивости Марьяна.
– А что она сделает оттуда? Нет, эти проблемы придется решать самим. Звони брокеру. Ничего, что ночь, придется ему с нами поговорить. Если будет отказываться, грози полицией. У меня там, кстати, знакомый следователь теперь.
Марьяна двинула письмо вверх, и выражение ее лица приобрело изумляющий и одновременно победный вид.
– Ты даже не представляешь, кто, оказывается, брокер. Заказывай такси. Позвоним ему прямо из его отеля, я знаю, где он живет. Аристарховна говорила, а я не придала значения. Это пятнадцать минут езды от нас. Ты прав, хорошо, что ночь, возьмем его тепленьким.
– Да кто брокер то?
– Не поверишь! Глазков.
В такси Ваня не мог успокоиться:
– Глазков!!! Руководитель крупного холдинга сам занимается распределением билетов? При этом кидает проверенных партнеров? Джентльмен в поисках десятки. Бред какой-то. Что-то здесь не так!
– Его помощник говорил, что их самих кинули. Попали якобы на большие деньги. Сейчас посмотришь, в каком отеле живет несчастный. Лучшая марина на побережье, яхты, по заказу трансфер на роллс-ройсе и все такое.
На удивление, долго уговаривать руководителя известнейшего столичного холдинга не пришлось. То ли Марьяна была убедительна, то ли отказывать даме не хотелось, но минут через десять заспанный торговец фантиками спустился к ходокам у парадного подъезда.
У визитеров было преимущество в бодрости – Марьяну бил адреналин, а Ваня с удивлением отметил, что кофе, которым угостила его Паула, до сих пор бодрит его лучше утренних купаний в океане.
После кислых приветствий приступили к первому раунду переговоров, бесполезность которых возрастала с каждой минутой. Марьяна возбужденно показывала Глазкову низменный характер его поступка, «голубой воришка» вяло соглашался и бубнил, что будет либо так, либо никак. Глазков и вправду повадками и манерами очень подходил на роль завхоза второго дома Старсобеса, которому Великий Комбинатор так хотел набить морду. При этом Ваня отчетливо увидел, что за стеклами интеллигентских очков в заспанных глазковских зрачках прямо-таки плескались безграничный цинизм и абсолютное равнодушие к тому, что сейчас говорила Марьяна. Он понял, что, если сейчас, вот прямо сейчас он не вытянет Марьяну из очередной задницы, он так и будет лежать на том далеком офисном полу, разглядывая чужие ботинки.