- Бежим! — прошептал он, дернув Джессику за руку, забирая у нее пакет с провизией.
Сиплый остановился уже на сороковой, где жил Кит.
- Ладно, вы это… — сказал клошар голосом еще более осипшим оттого, что запыхался. — Проводил я вас немного… Дальше без меня давайте.
- Ну да, — кивнул Кит, скрывая иронию. — Спасибо, Сиплый. Думаю, доберемся.
- Ага… Ну тогда это… Бывайте здоровы.
- Будь. Смотри, вечереет уже. Не нарвись на гуима.
- Да мне гуимы до задницы, — улыбнулся клошар. — На меня снук не действует.
- Это как? — улыбнулся Кит его беспечности.
- Да нормально. Меня уж сколько раз кололи и — ничего. Проблююсь, отлежусь немного. Потом пару крыс зажарю и — под стакан буча (соевая водка; прим. автора) - за хобот. Крыса, она, видать, мунитет лечит.
- Я сурьезно! — добавил он, видя недоверчивую мину собеседника. — Хочешь, найди сейчас шприц, уколюсь при тебе, а завтра свидимся, тогда и посмотришь.
- Ладно, ладно, верю, — Кит хлопнул клошара по плечу, подтолкнул. — Иди уже.
Тот неодобрительно покачал головой, пожал плечами, но отстал…
Вслед за сумерками снова пришел дождь. Захлопал, зачавкал, сначала редкими крупными каплями по еще мокрому асфальту, по лужам, постепенно, но быстро, набирая обороты, так что уже через пару минут коротко стриженые китовы волосы из пепельных превратились в грязно–серые на вид. Джессика накинула на голову капюшон своей курточки, съежилась и семенила рядом, смешно расставляя руки. После переживаний этого вечера, после пробежки она окончательно обессилела, лицо ее совсем осунулось и побледнело. Кит каждую минуту ждал, что сейчас она закачается и грохнется в обморок.
Джессика… Та Джессика…
Она упала в обморок, когда увидела, как Кит делал маме укол снука… Хлипковата она как–то для агента корпорации или чего там еще.
А может, пойти к ней? Прийти, припереть ее к стенке и прямо, в лоб, спросить? Про телефонный разговор спросить, про Роба?..
Нет.
Гораздо умнее будет — найти способ, как ее использовать. Ведь можно же как–то ее использовать? Наверняка можно. Подумать надо…
Пока они добрались до дома, где жил Кит, поначалу ленивый дождь превратился в ливень, так что последние пятьдесят метров Кит едва сдерживал желание побежать, прекрасно понимая, что девочка уже не выдержит еще одной пробежки. Как бы не пришлось снова брать ее на руки — вид у нее сейчас был не того человека, который в состоянии самостоятельно подняться на одиннадцатый этаж…
И правда, она не дошла. На шестом этаже молча опустилась на ступеньки, прислонилась головой к решетке перил, закрыла глаза.
- Я отдохну немного, — голос ее истончился, потерял выразительность. — Чуть–чуть.
Кит не стал дожидаться, когда она встанет — взял ее на руки.
Только у своей двери поставил на ноги, придерживая, пока открывал дверь. Потом буквально втащил девочку в прихожую своей маленькой однокомнатной квартирки, усадил на тумбочку для обуви. Разул, стянул с нее куртку, на руках унес Джессику в кухню. Вернулся в прихожую, достал из карманов ее куртки оба телефона и отключил. Хотя на сороковой улице они и не ловили сеть, но все–таки так будет лучше. И надо было сделать это раньше. Мало ли что: вдруг эти ублюдки имеют возможность отследить их по сигналу мобильника…
Пока он разогревал рис, она немного ожила; от запаха еды ее глаза загорелись и повеселели.
- Так–то лучше, — довольно произнес Кит, ставя перед девочкой источающую ароматный пар тарелку.
Джессика набросилась на еду, обжигаясь до слезы в глазах, торопясь, почти не жуя.
Только когда она насытилась и уже лениво цедила соевое молоко, он спросил:
- Кем был твой отец?
Не отрываясь от кружки, она пожала плечами. Допила, налила себе еще.
- Не знаю, — ответила только после того, как отпила глоток. — Работал в какой–то компании.
- В какой? Кем?
- Не знаю. Он не рассказывал.
- Как его звали?
- Стив Хилман.
- Джесс, ты понимаешь… Те люди, им очень нужен был кейс твоего отца. Они знают, что лежит в кейсе и очень хотят это что–то получить. Я так думаю, что они узнали о смерти… прости… твоего отца только сегодня. Возможно, они тоже каким–то образом нашли тело, но не нашли при нем чемоданчика. Его там правда не было… Может быть, ты хоть что–то знаешь о его содержимом? Может быть, видела, как–нибудь, краем глаза, что в нем лежит?
- Бумаги.
- Бумаги…
- Да.
- У него же были знакомые, друзья? Кто–нибудь приходил к вам в гости?
- Были, наверное. Но никто не приходил.