Так может быть, хватит уже, а? Хватит мучить маму и мучиться самому, глядя, как родной тебе человек день за днем проводит в постели с безумной маской на лице, в состоянии то ли сна, то ли растительного безразличия ко всему?!
Больше всего в такие минуты ему хотелось убивать. Убивать снукеров, убивать торговцев снуком, убивать всех, имеющих отношение к «Снуксил». Убивать, убивать, убивать, планомерно и не считая жертв.
- Сына…
Он вздрогнул от неожиданности, посмотрел на мать, как на человека, вернувшегося с того света.
- Мам?
- Сына…
Рот, растянутый в напряженной улыбке, неспособен был произнести половину звуков.
- Сына уой, уэй иня. Уэй. Иня.
- Что? Я не понимаю, мам!
- Уэй. Уэй иня. Я не хочи.
Он затряс головой в отчаянии, он готов был биться о стену. Мать впервые за время «болезни» что–то говорила, что–то осмысленное. А он ничего не мог понять.
- Уэй, сына, — продолжала она, но голос ее уже затихал, глаза медленно закрылись. Она неудержимо проваливалась в сон. — Уэй…
Последнее слово завершилось тихим посапыванием и хлюпаньем слюны, всегда скапливавшейся в незакрывающемся рту…
На тридцать восьмой Кит не удержался — достал прихваченный на всякий случай телефон Хилмана, включил. Сеть была почти неуловимой, но она была. Он зашел в ближайший пустынный подъезд, чтобы не маячить на улице, поднялся на самый верх. Раз семь или восемь пытался вытянуть из памяти шифр телефона Эрджили, расшифровывал тут же, вводя полученные цифры, но раз за разом попадал черт знает, куда.
Наконец, после нескольких долгих гудков, он услышал знакомый голос.
- Фармакология.
- Это Макдауэл. Мне нужен Эрджили.
Минутная пауза.
- Эрджили слушает.
- Эрджили! Это Кит. Эрджили…
- А–а–а, бахтало, моро. Что это у тебя голос такой? Случилось что?
- Случилось, Эрджили! Мама, она…
- Что такое? — встревоженно перебил цыган. — Что–то не так?
- Да нет, Эрджили! Слушай, она сегодня заговорила со мной! После инъекции. Понимаешь, вчера я… В общем, так получилось, что вчера я оставил ее без вечерней дозы. А сейчас, когда пришел к ней, она лежала на полу… Я думал она сломалась. И вот, после инъекции, она сама заговорила со мной, Эрджили!
- Ты уверен?! — цыган, кажется, даже подпрыгнул на своем стуле, на котором вечно сидел за лабораторным столом.
- Да, да! И она назвала меня «сыной». Такого не было с тех пор, как ее заразили. Да что там, она называла меня так в детстве и юности. Ты понимаешь?! Только я больше ничего не понял — речь очень неразборчива. И она уснула через минуту, как обычно.
- Слушай, друг, мне бы посмотреть ее, а?! — загорелся цыган. — Устроишь мне это?
- Конечно, Эрджили, ты еще спрашиваешь!
- Шумрэ (отлично). Тогда давай договоримся на следующую дозу.
- Да. Я буду у нее в час.
Кит продиктовал цыгану мамин адрес, отключил мобильник и почти бегом вернулся домой, где застал Джессику уже вставшей, умытой и разогревшей остатки вчерашнего риса. Она посвежела, чуть оттаяла от холодного ужаса минувших трех дней, была по–домашнему тепла и спокойна.
Да–да, заодно он обговорит сегодня с Эрджили и судьбу девочки.
И судьбу той, второй, девочки Джессики решит. Все будет зависеть от того, что сможет нарыть про нее Эрджили по своим каналам.
Хотя, нет, конечно, Кит не вершитель судеб. И убить Джессику вряд ли сумеет. Ну, если только она совсем вплотную подберется к Эрджили. Просто Кит будет знать. Знать — это важно. Не смотря на то, что девчонку эту он видел один раз, и она ему никто, и он ей ничто, но знать, что она не по ту сторону — важно. Просто потому, что она ему понравилась, а значит — оставаясь бесконечно чужой, была уже не чужая.
Джессика–вторая с удивлением рассматривала его, пока он задумчиво жевал, улыбаясь мыслям о маме и той, слабой пока, надежде, которая у него сегодня появилась. А он, поймав на себе ее взгляд, улыбнулся ей, открыто и честно, как давно уже не улыбался никому.
- У вас случилось что–то хорошее, — констатировала Джессика, разливая травяной чай.
- Пока не знаю, — пожал плечами Кит. — Кажется, да.
- Джесс, — обратился он к ней, допив чай. — Мне через часок нужно будет уйти. Ты, пожалуйста, не включай свой телефон, хорошо? Есть вероятность, что те бандиты могут вычислить нас по отзыву мобильника.
Она кивнула.
- Ко мне сюда никто не ходит, — продолжал Кит инструктаж. — Поэтому к двери, в случае чего не подходить, голоса не подавать. И пожалуйста! Не вздумай никуда идти.
- Да.