- Вот ваша девочка, - улыбнулась девушка, показывая ему крохотное личико малютки, завернутой в пеленки. – Она у вас красавица.
- Да, красавица, - расплылся в глупой улыбке Дима, не отрывая взгляда от малышки.
Темные волосики, нос кнопочкой, пухлые розовые губки, причмокивающие во сне. Она была похожа на него, очень сильно.
По телу разлилось тепло, и захотелось тут же взять на руки сверток и прижать к себе, даря свое тепло и любовь, коснуться губами лобика и вдохнуть запах.
- Можно? – нерешительно попросил мужчина, вытирая потные ладони о халат.
- Не боитесь? – хмыкнула девушка.
- Есть немного. Вы только покажите, как держать.
Медсестра снова хмыкнула и объяснила, а потом положила в его руки ребенка. Девочка была почти невесомой для него, удобно легла в руки, и он тут же прижал ее к груди. Наклонил голову и вдохнул неповторимый запах – сладкий, молочный и неописуемый. Коснулся губами щечек и попытался не расплакаться от умиления, радости и восторга. Его дочка!
- Для недоношенной девочка очень хорошо выглядит и чувствует себя. У нее нормальный вес и рост. Родись она в срок – была бы крупненькой, больше четырех килограмм.
- Это хорошо? – рассеяно спросил Дима, не отрывая взгляда от личика девочки.
- Это замечательно, - улыбнулась девушка. – Вы отнесете ее матери сами?
- Да, конечно. Спасибо, - он благодарно улыбнулся няне.
- Не за что, папаша.
Он так и стоял под дверью палаты, с ребенком на руках, пока она не открылась.
- А вот и наша малютка, - улыбнулась ему доктор, открывшая дверь и пропускающая их в палату. – Наверно, с папой? – вопросительно протянула женщина, уточняя статус мужчины.
- Да, - в один голос ответила молодые люди.
- Вот и хорошо. Только не долго. Жене нужно отдыхать. А вы, молодой человек, не забудьте привезти вещи.
- Конечно.
Врач вышла из палаты, оставляя их одних. Женя смотрела на сверток в руках Димы и буквально дрожала от нетерпения и предвкушения.
- Дай мне ее, - протянула девушка к нему руки.
Он только улыбнулся, подходя к кровати и передавая ей в руки дочку. В этот момент он смотрел исключительно на Женю, ловил каждую ее эмоцию и чувство, что проскальзывали в глазах и на лице: любовь, восторг, нежность, удивление. Много чего еще. А потом Женя подняла на него свои сверкающие глаза.
- На тебя похожа.
- Да, на меня. Папина дочка, - улыбнулся Дима, пальцем проводя по пухлой щечке малышки. – Спасибо, - он поднял взгляд на Женю.
И столько всего было в его глазах, что девушка снова заплакала. Мягко улыбаясь, Дима принялся вытирать ее слезки, шепча слова успокоения. Через время Женя успокоилась, снова возвращая взгляд девочке.
- У меня нет молока, и я не смогу ее кормить сама, - с сожалением, разочарованием протянула молодая мама.
- Не думай об этом, это все мелочи, пустяки. Главное, что она здорова, абсолютно.
- Да, мне сказали, что это почти чудо, учитывая мое здоровье, - с горечью, кивнула Женя. – Я так боялась, что погубила ее.
- Все обошлось. Вы обе в порядке. Тебе лишь нужно время, чтобы восстановиться. А потом мы вернемся домой.
Женя закусила губу и вскинула на него нерешительный взгляд.
- Ты, правда, этого хочешь? – тихо прошептала девушка.
- Правда, - не став углубляться в слова и уверения, просто ответил Дима, показывая все своими глазами.
Через час пришла няня и забрала малышку. Женя уже клевала носом и хотела спать, судя по всему.
- Врач сказал, чтобы я привез тебе вещи и документы, - произнес Дима. – Скажи мне адрес, где ты жила, я все привезу.
Женя назвала и сказала взять ключи в пальто, в котором она была вчера.
- Сумка для больницы стоит в шкафу в спальне, а документы в тумбочке у кровати, - уже почти засыпая, объяснила Женя.
А когда Дима выходил из палаты, она уже спала.
Съемная квартира Жени находилась на выезде из города. Однокомнатная, маленькая, но чистая и даже уютная. Жениных вещей здесь почти не было: все свои прежние она оставила у него, когда уходила, а новых было немного. Дима задался вопросом, как жила все это время девушка, на какие средства. Судя по всему, это она сама продала свою квартиру в родном городе. Прежде он подозревал, что ее имущество могли просто отобрать какие-нибудь ушлые дилеры. Но с ними Женя, похоже, не контактировала, после того как ушла. Что ж, теперь он хотя бы мог не гадать и не волноваться о том, как пришлось Жене одной.