- А где остальные? – спросила Юля.
- У каждого свое задание, - пояснил Худой. – Мы их разыграли нашим способом. Лысый за краской пошел, Сополя кисти принесет, а Гопник за перчатками в аптеку.
- Да, придумали ребята оригинально, - поддакнул и его папа. – Хочешь не хочешь, а выполни.
Когда вернулись гонцы, а стол был почти готов, Юля вызвалась участвовать в его покраске хотя бы левой здоровой рукой, а именно взяла на себя те самые металлические стойки трубы, которые вкапывали Ксена с Худым. Ей выдали одну резиновую перчатку, и она с удовольствием окунулась в работу. Придерживать банку с краской больной рукой она приспособилась. Тем временем папа дальнобойщик сходил за верхней частью стола.
‒ Это крышка сундука, - пояснил он Чижовой. – Деревенское наследие бабушки. Хотели выбросить, да в подвал снесли. А теперь, вишь, пригодилось. Вещь, тем не менее, добротная. По углам смотрите оковки.
Затем он обратился к юным помощникам:
- Ну что, молодежь, кто смелый снизу крышку прикрутить, - он повертел в воздухе большой отверткой. – Или опять жребий тащить будете?
- Давайте по-честному, - поддержали предложение старшего остальные.
Чижова покорно достала свой жетон и бросила в кепку Ксены.
- А у меня такой штуки нет, - пожаловался взрослый мужчина.
- Я вам сделаю, - пообещал Сополя.
Чижова опасалась не зря. Судьба снова выбрала ее. Хотя вертеть шурупы миссия все-таки полегче, чем красить, но пришлось снова орудовать левой рукой. Она старалась не подать виду, что это слишком сложно для нее. Добренький Гопник все равно бросился ей помогать. Сама Юля не без оснований полагала, что порыв пацаненка был вовсе не проблеском душевной заботы, а скорее связан с желанием поглазеть на голые коленки тетеньки, которой под столом в неудобной позе поневоле пришлось светить своими секретами на радость представителям мужского пола. Старший Горшаков уже имел представление о смелости Чижовой, но и он был не в силах отвести взгляд от ее соблазнов.
После тяжких трудов они немного перекусили на новой столешнице. Небольшой запас продуктов нашелся в кабине тягача. В этот момент мимо них проходила уже знакомая кампания более старших парней, и Ксена снова проявила в их адрес бешенную агрессию.
- Если хоть что-то сломаете тут у нас, убью! – предупредила она их.
Горшаков-старший от такой заявки чуть не подавился. Чижова услужливо похлопала его по спине.
- Полегче на поворотах, девочка! – воскликнул взрослый мужчина после того, как откашлялся.
После развез всех на своей фуре. Это дополнительное развлечение привело компанию в восторг. Когда взрослые остались в кабине одни, общежитие Чижовой находилось дальше всех, Горшаков искренне восхитился:
- Нет, таких ментов я еще не видел! Эти вон скоты стоят, - кивнул шофер в сторону наряда ГАИ на обочине дороги. – А вы с пацанами наравне.
Домой, в свою комнату Юля зашла в прекрасном настроении. Николай был дома.
- Бабушка с Женей гуляют, - опередил он ее вопрос. – Ешь. Харчей завались.
- Ох, устала я! Полежу немного, затем поем.
Она рухнула на кровать.
- Оплодотворять подруг приморилась?
- Умеешь ты настроение подпортить и в душу нагадить. Осеменитель хренов.
Юля отвернулась от этого любимого ею чудовища. Сообщать ему о своих успехах она пока не планировала, но муженек сам подтолкнул ее к этому.
- Ты лучше подумай, как спать будем? Я за столом, как йог больше не смогу, - по-бабски заныл Николай.
- Кровати сдвинем, - буркнула Юля не повернувшись.
- Что белый флаг? Сдаешься?
- Напротив. Мое дело уже раскрыто. Несчастный случай. Дооформить осталось канцелярию.
- Хватит! – рявкнул Николай. – Вставай!
Он чуть не сбросил жену на пол. Схватил ее кровать и одним махом развернул мебель поперек комнаты. Затем такими же резкими движениями присоединил к ней и свое индивидуальное ложе.
- Чего ты бесишься?
Юле стало обидно до сердечных колик.