Она снова задействовала пальцы для художественной доработки своей речи в описании событий былых времен.
«Ей бы сурдопереводчицей работать», - мысленно прикинула Чижова идею о применении привычек собеседницы с большей пользой для общества.
- Мне в горячке даже пришибить его возникло желание каким-нибудь ключом разводным. Но потом прикинула пипетку к носу и сделала вывод: сама виновата. Я из себя женщина никакая. Вон смотрите: жопа плоская, сисек два кулачка из четырех пальцев, ноги, что велосипедная рама после аварии. Кожа разве что на барабан для племени папуасов. Одним словом, обезьянка, сбежавшая из зоопарка. А он мужик видный. Рост, стать все как у Ален Делона. Вот я и решила: надо исправлять положение, пока этот Делон не пошел под уклон. Подарок ему сделать на День рождения.
Юля еле сдерживалась, чтобы не рассмеяться с такой прикольной самооценки.
- И что вы ему подарите? Я вот мужу хочу ордер на квартиру как-то красиво преподнести.
- А у меня идея подарить своему Александру женщину!
От услышанного у Чижовой даже ушные перепонки завибрировали.
- Стриптизершу, что ли?
- Нет.
- Неужели проститутку?
- Да что вы такое говорите. Я понятия не имею, где такие особи обитают. Пока что все это на уровне идеи.
- Можно?
В дверь заглянула, какая-то старушка на костылях.
- Доктора еще нет, - гаркнула Людмила Георгиевна.
- Что вы так грубо? – поддела медработницу милиционерша. – Может, это и есть кандидатка для осуществления вашей идеи. Бог послал.
Ни такой никчемный инцидент, ни подковырки Юли не могли отвлечь целеустремленность Людмилы Георгиевны.
- А вы, Юлия Васильевна, не хотите мне пособить с таким подарком? Ведь на вашей службе знания о контингенте продажных женщин - пустяшные азы, доступные всем и каждому, кто в милицейской форме. Я, если что, заплачу. Копила мужу на дорогую электробритву. Походит Карабасом-Барабасом пока, если идея выгорит.
Чижова потеряла дар речи. Дальше собеседница в белом халате лишь усугубила путь в пропасть морального падения.
- А вот если бы вы сами выступили в качестве подарка. А? Юлия Васильевна? Вышло бы просто вуаля, пальчики оближешь. Вы женщина аппетитная. В отличие от моего супового набора кожи да костей, у вас сплошная сдоба: булочки да ватрушечки. Одним словом, сладенький тортик с кремовой розочкой. Конечно, смущает место вашей работы, но мы можем скрыть вашу личность под маской. У меня есть новогодняя.
- Зайца или медведя? – переспросила Чижова, не скрывая сарказма.
- Нет, для дамы. Такая солидная и загадочная, на пол лица, черная с блестками. Я уверена, мужу моему вы понравитесь и без детального просмотра ваших аленьких щечек.
Не смотря на абсурдность предложения, Юля представила себя в роли такого подарка, и волна соблазна прокатилась по телу.
- Ну, если только таблеток принять, - промямлила она, начав подтаивать глуповатой Снегурочкой.
- На этот счет у нас есть поставщик двора его величества. Да, вот и он. Легок на помине.
В кабинет вошел Борис Сергеевич. При виде Чижовой переменился в лице. Осваивал ли доктор образ влюбленного Петрарки или обыденно бледнел при виде каждого нового пациента, осталось неведомым. Он с ходу перешел к насущным медицинским делам и отослал любимую больную на рентген.
После облучения у Чижовой вдруг пробилась более здравая и, главное, более полезная идея. Попав в кабинет травматолога повторным кругом, она решила изложить ее Завгородней, но из-за того, что за перевязку доктор взялся самолично, ей пришлось шифроваться.
- У меня есть на примете тортик – мечта поэта.
- Я тоже сладенькое люблю, - ответственная медицинская процедура не помешала Борису Сергеевичу вклиниться в разговор двух женщин.
Юля хотела прекратить конспиративные дебаты, но Людочка уловила их иносказательную суть и с энтузиазмом подхватила:
- А как бы вы охарактеризовали предлагаемый кулинарный продукт? Вот, глядя на вас, приходит на ум название «Птичье молоко». Тем более в соответствии с фамилией.