- Твои родители попросили тебе передать, чтобы ты домой сегодня не спешил. Они поссорились и у них планируется акт примирения. Из чувства такта им следует на мешать и дать побыть одним.
- Что? – поразился Лысый.
- Что ты так удивляешься? Всякое бывает в жизни и со всяким.
- Вы решили рассказать мне новый анекдот? Мой папа полный бесхребетник. Он против мамки пикнуть не посмеет.
- Тебе, я вижу, это с генами перешло, - Юля кивнула в сторону Ксены. – Тоже нашел себе повелительницу.
- Зачем вы маме про тетю рассказали? – парень смутился и резко сменил тему.
- Я обязана была это сделать.
- Да, я понимаю. Служба. Но теперь мне домой и без ваших просьб являться особо не хочется. В глаза маме глядеть. Сегодня у папки день рождения, а у меня вместо подарка воспоминания о тете. Стыдоба.
- Ничего. Взрослеть все равно придется. Нос не вешай.
Юля ободряюще потрепала паренька за Пушкинские кудри.
- Не надо, - попросил Лысый. – Тетю напоминает.
Женщина сразу одернула руку, как обжегшись.
Работали в этот день долго и упорно. Хорошо, что Свиридовой Юля предложила встретиться именно здесь. Попав на такую стройку века Светлана Иосифовна несказанно удивилась.
- А чего это вы тут делаете?
- А ты опять в форме? Хоть на ночь ее снимаешь?
- Снимаю, - буркнула толстушка и, скривившись, добавила. – Иногда.
- Ладно пошли, будущая мать.
Впрочем, появление человека при параде сделало уход Чижовой со стройплощадки более достойным. Получалось, что она не дезертировала от тяжкого труда, а получила вызов по служебным делам.
По пути к месту оплодотворения подруги Чижова вкратце поведала суть предстоящих событий. Свиридова восприняла идею экстремальной коллеги в штыки, и лишь нестерпимое желание стать матерью перебороло ее излишнюю порядочность. Впрочем, у дверей квартиры Завгородних Светлана Иосифовна снова начала буксовать. Главной ее претензией являлось требование остаться неузнанной. Пришлось Юле войти первой и предварительно потребовать заготовленную хозяйкой маску. Тут же, на площадке под лестницей, они избавились и от милицейской формы, умотав ее в пакет. Чижовой пришлось одолжить подруге свою спортивную куртку. Низ прикрыть было нечем, но наличие маски придало Свиридовой решительности, и она прошагала к цели в одних трусах.
- Смело! – восхитилась Завгородняя, встретив их в прихожей.
Хозяйка их уже ждала и успела подготовить некоторые совершенно неожиданные атрибуты предстоящего безобразия. К шикарной маске нашелся купальник необычной золотой раскраски. В качестве архитектурного постамента выдвинули в центр комнаты журнальный столик и накрыли его цветным ковром. В оригинальном блестящем наряде Свиридова выглядела очень даже ничего. Ее заставили сесть на постамент по-турецки и продолжили украшение живого презента. С прической заморачиваться не стали. Вместо этого вплели в жиденькие волосы Светланы Иосифовны огромный белый шелковый бант. Постамент усыпали живыми цветами и лепестками роз. Открытые участки тела осыпали блестками. Обдали огромными порциями дезодоранта и духов. Если в начале Свиридова воспринимала все с кислой миной, то теперь, даже при наличии маски, только по одним загоревшимся глазам стало заметно, что процесс ей нравится, и чем дальше, тем больше. Организаторши безобразия отошли на пару шагов назад, чтобы издали окинуть взглядом свое творение, и остались довольными.
- Тортик класс! – восхитилась хозяйка. – Как назовем?
- «Вальс Свиридова». Был такой композитор.
- Да. Подарок - просто музыка!
- Симфония! – согласилась Чижова.
К приходу именника Чижова спряталась на кухне. Хозяйка угостила ее чаем, а сама убежала встречать муженька. Юля предполагала, что после официальной церемонии она тоже ретируется к ней, но Людочка осталась присутствовать на оприходовании праздничного торта и даже руководила всем процессом. На кухню урывками долетали ее громкие комментарии:
- Целуй сюда! Лижи здесь! Хватай тут!
- Боже! – ужаснулась сводница обстановке, созданной почти что ее руками.