Мальчик опрометью явился на зов.
- Что уже домой?
- Как твоя фамилия?
- Баянов! А твоя? – тут же поинтересовался он в ответ.
- Беги, милый, мы еще посидим с тетенькой.
- Дела, - задумчиво протянула Свиридова. – Так ты, получается, такая же, как и я.
- Такая же!
Совсем расстроилась Юля и бросилась подруге на шею. Они снова зарыдали дуэтом.
- Товарищ капитан, извините за беспокойство, могу я чем-нибудь помочь?
К плачущим подругам подошел какой-то мужчина лет сорока.
- Вы чего к женщинам пристаете! – теперь уже вскипела Чижова. – Света, доставай наручники. Что? Нет? Тогда так веди этого маньяка в отделение.
- Вы что, очумели!
Мужчина отпрянул от них и стал поспешно ретироваться, но Юля настигла его и, резко заломав руку, опустила на колени.
- Сопротивление правоохранительным органам добавит вам проблем, молодой человек. Так что следуйте за капитаном Свиридовой и не вздумайте дергаться.
- Пускай только попробует! – милиционерша крепко ухватила задержанного за локоть и уволокла.
Оставшись одна, Юля решила ждать, когда мальчик наиграется, хоть бы это продолжилось до самого утра. К тому же, ее больная рука после слишком резкого спонтанного задержания участливого на свою голову незнакомца сильно разболелась. Если излечение ноги произошло после удара в нос доктора, напрашивался такой же метод исцеление и верхней конечности. Тем более, объект для лечебного удара уже созрел и оказался легок на помине.
- Ты чего здесь сидишь? – раздался голос у нее за спиной.
Юля оглянулась и увидела своего Николая. Сердце у нее сжалось.
- Женю не видела? – спросил муж.
В его глазах она рассмотрела неподдельную тревогу о ребенке или просто хотела ее там увидеть.
- Вон на площадке бегает, - нехотя ответила, выдавливая из себя слова.
Супруг, успокоившись, присел рядом.
- Устала?
- Угу, - кивнула она. – Яму копать тяжело было. Непривычная я к такой работе. Да и ветки таскать ничего хорошего. Исцарапалась вся.
- Издеваешься? – Коля сразу ощерился. – Это требуется для завершения твоего расследования?
Юля хотела пуститься в объяснения, но муж закрыл ей рот.
- Подожди, дай сам догадаюсь. Яма и ветки нужны для засады? Или это ловушка на преступника, замаскированная валежником?
- Не угадал. Могилу я себе копала.
Николай бросил изгаляться и осуждающе посмотрел на супругу.
- Совсем взбрендила. Женя! - позвал он пацана. – Пошли домой.
- А бабушка уже выздоровела? Не кричит больше? – сынку все-таки привили заботу о других.
Юля заметила, как передернуло мужчину.
- Не переживай, сынок, папа бабушку подлечил, как мог.
В комнате Юля сразу упала на кровать и отвернулась от всех. Ее никто не беспокоил, но заснула она все равно последней. Тяжелые мысли одолевали ее разум и бередили сердце
День тяжелый
Утром Чижова совсем не поднялась. Хотя и осознала, что спит одетой. Вспомнила, как завалилась вчера вечером в расстроенных чувствах. Тоска накатилась снова. Утро не оказалось вечера мудренее. Так и лежала, уткнувшись лицом в угол постели. Тем более на больничном в такую рань куда идти. Первым за дверь намылился Николай. Он несколько раз окликнул жену, видимо, намереваясь вызвать ее в коридор для разговора тет-а-тет. Она не откликнулась, и он ушел ни с чем. Спиной Юля ощущала, как Ираида хлопочет по хозяйству.
- У меня муж погиб пять лет назад, - неожиданно раздался ее голос. – Телевизор решил ремонтировать. Я его, балбеса, просила: вызови специалиста. Не послушал. Я так на него злилась потом. На похоронах даже не плакала, а сейчас как вспомню. Силком бы оттащила от проклятого ящика. С тех пор я телевизоры не смотрю.
Юля так и не повернулась, но теперь из-за того, что по ее щекам потекли слезы.
- Юля, ты меня слышишь? – забеспокоилась бабушка.
- Как его звали? – наконец подала Чижова дрожащий голос.
- Геннадий Петрович, - обрадовано доложила Ираида Семеновна. – А зачем тебе?