День новоселья (счастливый)
На следующий день, в выходной, Юля просыпалась очень тяжело. Вот, казалось, сознание уже овладело ее телом, но глаза никак не желали открываться. Сквозь дрему она слышала приглушенные крики Ираиды Семеновны и Жени:
- Бабушка, приехали!
- Заходите! Выносите!
Потом грохот, стук, топот, скрип, хлопанье дверей, смех и шепот…
В диком желании абстрагироваться Чижова накрыла голову подушкой, но это спасло ее покой ненадолго.
- Вставайте, лежебоки! – вдруг дико завизжал Женя.
Инстинкт подбросил женщину на ноги, но, увидев мальчика радостным и веселым, «мамочка» осела обратно. Ее Николай тоже оказался еще в кровати, но об искусственной причине его крепкого сна женушка была в курсе. Юля обвела взглядом комнату, и желание спать покинуло ее уже бесповоротно. Глаза резала пустота помещения. Голый стол. В открытом шкафу тоже царил сиротский вакуум.
- Вы куда-то уезжаете? – поинтересовался Николай у бабушки, тоже заметив такую пертурбацию с вещами.
- Не мы, а вы! – торжественно объявила Ираида Семеновна и заговорщицки подмигнула Чижовой.
Потом повесила ей на плечо сумочку.
- Прошу, на выход!
- Выгоняете? – уныло переспросил Чижов.
- Элеонора постаралась? – выдвинула свое предположение и Юля.
- Она самая, - в дверях комнаты появилась сама комендантша и строго скомандовала. – Поторопитесь очистить помещение!
Супруги Чижовы, понурив головы, направились в коридор.
- Но куда мы теперь? Это незаконно! – оказал запоздалое сопротивление глава маленькой семьи.
- В парке на скамье переночуете или на вокзале, - посоветовала железобетонная Элеонора Ивановна.
- Моя супруга больна! Не имеете права.
- Я помогу ей дойти до выхода.
Комендантша подхватила Чижову под руку и стала заботливо сопровождать. Юля покорилась. Ее голова в этот утренний час соображала совсем плохо. Маленький Женя на удивление духом не падал и радостно бежал впереди всех и первый выскочил на улицу. Когда туда шагнули Чижовы в сопровождении конвоя, неожиданно раздались взрывы нескольких петард. К ним подбежали какие-то люди и повязали им через плечо красочные ленты. Дети вместе с их Женей осыпали конфетти и блестками. Со всех сторон неслись крики:
- Ура!
Юля, наконец, смогла осмотреться. Все пространство перед входом было запружено людьми. Наверное, все жильцы общежития высыпали на улицу.
Дальше на дороге она увидела знакомые красные «Жигули». Бок машины украшал плакат с надписью «Едут новоселы!» Впереди стоял милицейский Уазик, а позади болида Павла Степановича грузовичок Григория. Около него стояла Свиридова в летнем цветастом платье. Без формы Юля с трудом ее узнала.
- Поздравляем! Поздравляем! – скандировала толпа.
Чижова расплакалась.
- Чего вы? – попрекнула ее Элеонора, продолжавшая стоять рядом. – Радоваться надо новой квартире.
- Спасибо вам, - Юля пожала комендантше руку.
- Мне то за что? – ощетинилась та.
- За участие в розыгрыше.
- Не стоит, - Элеонора совсем набычилась. – Это я не отдала бабушке ключ, который Марина мне оставила. Они на море укатили. Бархатный сезон там. Баянова мне звонила, интересовалась, как дела. Я их уговорила не возвращаться, пока вы отсюда не съедете.
Дальше покаяться она не успела. Чижовых подхватила толпа каких-то мужчин и отнесла на кузов грузовичка. Им с Николаем пришлось стоять, опершись о крышу кабины. Свиридова впрыгнула к Грише. Задние двери милицейской машины были открыты, там пристроилась дочь Стрельцова с кинокамерой. Взвыла сирена, и процессия двинулась по городу. Водители беспрестанно сигналили, люди в кузове рядом с новоселами радостно кричали. Ехали долго. Дом с ведомственной квартирой, выделенной Чижовым, находился чуть ли не на окраине города. У подъезда их тоже ждали, но уже другой контингент. Старшие строители «Ленкиного пляжа». Они простелили красную ковровую дорожку, не особо длинную, но нужный эффект она создала. Вперед вышли Горшаковы с хлебом солью. У самых дверей на голову прибывшим посыпались цветы и лепестки красных роз. Чижова задрала голову вверх. Праздничной бомбардировкой с крыши, привычным для них делом занимались младшие участники пляжной компании. Там же находилась другая дочь Стрельцова и тоже за операторской работой. Когда поднимались по лестнице из многих дверей выглядывали любопытствующие будущие соседи. Юля глупо улыбалась, стараясь глядеть вниз, на ступени. Вошли в квартиру. Посреди единственной комнаты стоял праздничный стол. Их с Николаем поставили на центральное место.