- Мы вас поселим на втором этаже. поближе к земле, - увещевала она вновь заселявшуюся елейным голоском. – В самом конце коридора, чтобы мимо вашей двери поменьше метушни было. Там еще удобный балкончик с торца здания. Если что - подышать воздухом или бельишко просушить. Правда ребята наши там иногда покуривают, но, если захотите, мы дверь туда можем перекрыть наглухо. На счет туалета, тут придется приспосабливаться. По проекту санузлы имеются в каждой секции на две комнаты, но они не работают. Водопроводная система вышла из строя, и когда нам выделят деньги на ее ремонт, самому богу не известно. На каждом этаже есть общий сортир, но вам я, так уж и быть, разрешу пользоваться секционным. Там замок навесной. Вот ключ. Только вы водой запасайтесь, чтобы унитаз смывать. Ведер побольше закупите. Помывка в общей бане в подвале. Но вам, опять же, как сотруднице соответствующих органов и женщине, я предоставлю доступ в мой служебный душ. Он там же, на вашем этаже.
Комендантша положила перед Юлей еще один заветный ключик, который в данном заведении можно было оценить как золотой.
- Спасибо, - робко пробормотала Юля Чижова.
Она домашняя мамочкина девочка, никогда не жила в общежитиях и воспринимала все происходящее не иначе, как эпизод из звездных войн.
- Муж ваш пускай в общий душ ходит, - продолжила наставления местная хозяйка. - А моего, если в нашем индивидуальном застанете, не пугайтесь. Он у меня принципиальный. Ему хоть батальон голых баб поставь, он не прореагирует. Он мне доказывает, что сохранить честь и достоинство даже в таком притоне, как наше общежитие, очень даже возможно. На мое поведение своим дебильным примером намекает.
На радужной картине, которую обрисовывала комендантша до этого момента, стали проступать серо-грязные пятна. Золотой ключик в руках Юлии Чижовой потускнел.
- Может, тогда лучше не надо, - протянула она его хозяйке обратно.
- Я же говорю вам: мужа моего не бойтесь. Угрозу этот ревнивец представляет только мне. Просто не замечайте его. При встрече делайте вид, что он для вас человек невидимка. Вам это по праву. А я вот отмахнуться от него не могу. Хотя, честно признаюсь, он меня так бесит, прям до чертиков, но деваться некуда. Семья, дети. А так давно бы убила паразита своего благоверного.
Юля от такого потока откровений уже давно порывалась уйти, но комендантша никак не хотела ее отпускать. Как киллер, который еще не произвел контрольный выстрел в голову жертвы.
- Понимаете, - перешла она на полушепот. – Я должна признаться. Ведь вы все равно узнаете и не только благодаря своей службе. Сплетни ведь никто не отменял. Я, знаете ли, детдомовская. К девочкам привыкла с рождения. И тут работаю только из-за этого. Здесь это легче устроить. Ну вы понимаете меня?
Киллер из комендантши действительно вышел бы знатный. Контрольный в голову сработал убийственно. Когда до сознания Чижовой дошел смысл невнятных и путанных намеков комендантши, ключ в ее руке, казалось, стал жечь.
- Тогда уж точно заберите, - Юля заговорила еще более решительно.
- Что вы! В отношении вас я никогда не посмею. Заверяю! Хотя вы, скажу честно, очень даже в моем вкусе. Аппетитная дамочка. Но на данный момент, даже если вы сами захотите – нон стоп. Исключено полностью. Я пока что хочу старость на свободе встретить.
Муж Николай все это время ждал в коридоре. Он, конечно, имел опыт казарменной жизни, но перед Элеонорой спасовал, даже еще не зная всей ее гнусной подноготной. Сейчас Юля благодарила провидение, что зашла в кабинет коменданта одна.
Она выделила мужу его ключ, и они пошли вселяться. Внутри комнаты действительно было сносно, но в туалете их ждал антисанитарный шок, описывать который не хватит красок серо-буро-ржавых тонов.
- Во! Одно ведро здесь есть!
Нашелся все-таки хоть какой-то повод для радости.
- Понадобится еще прикупить тары и тазик. А доставку воды тебе придется взвалить на свои плечи, дорогой.
- Я могу и в общий клозет ходить. Не принц, - заартачился было Николай, но Юля, хоть и пыталась верховодить, имела такой печальный, затравленный вид, что муж тут же одумался сопротивляться.