- Вы здесь живете? – поинтересовалась почти вкрадчиво.
- Тута, - ответил тот блеклым голосом, потирая руками свои предплечья, как будто озяб под холодным взглядом снежной королевы.
- Знали покойную?
- Я тут живу, - напомнил мужчина вместо ответа.
- А почему людей так мало?
- Бабку Наталью у нас не любят. А теперь, когда старушенция дождя не уберегла, совсем ей кранты приснятся. Соседи сожрут.
- Не уберегла дождь? – переспросила Юля. – Она что, у вас шаманка?
- Почему шаманка?
- Ну, вы сами сказали про дождь. Бабушка что, могла вызывать осадки? Колдовала?
Худой парень искренне рассмеялся.
- Дождь – это внучка ее. Сразу видно, что вы неместная.
- Насколько я знаю: имя покойной Елена Алексеевна Новикова.
- Вполне возможно.
Собеседник Чижовой особо не спорил.
- Так кто из нас нездешний?
- Вы, видать, родственница какая-то? Дальняя?
- Вроде того.
Чижова не стала козырять своим удостоверением, но искренне удивлялась, что парняга, по всей видимости, имевший в своей истории проблемы с законом, до сих пор не разгадал ее статус.
- Так почему дождь?
- Прозвали ее так местные пацаны.
- С чем связанно такое прозвище?
Женщина действительно не понимала.
- Я по чем знаю.
Передернул плечами ее мутный собеседник.
– Наверное, Димочка постарался.
- Димочка?
Юля вздрогнула всем телом.
– Это не тот, которого хоронили около соседнего дома.
- Ага.
Парень безразлично зевнул и заложил руки за голову. Чижова рассмотрела на сгибах его локтей синюшные следы от уколов и не удивилась. По характерным повадкам она уже вычислила его криминальный порок.
- Любил Димон погоняла раздавать, - лениво продолжил беседу ее конченный визави. – Он такой. Был.
Последнее слово добавил почти удивленно и удрученно одновременно.
- И вас наградил этим самым, как вы говорите, погонялом?
- А то!
- И как оно звучит, если не секрет?
- Догадайтесь с одного раза.
«Нет. Он все-таки понял из какого я учреждения», - мысленно резюмировала Чижова.
- Кокс? – предположила она вслух.
Теперь сильно вздрогнуть настала очередь забулдыги. Он долго и пристально глядел в глаза незнакомой собеседницы, но в конце концов успокоился и бесстрастно констатировал:
- Не угадали.
- Что ж, я впустую истратила отпущенный мне шанс, - почти пошутила Юля.
- Кока, - выдал он правильный ответ будто представился.
- Колы только не хватает, - вновь весело отпарировала женщина. – Рада познакомиться.
- Прям так уж и рада?
Его взгляд до краев наполнился безнадежным скептицизмом.
- У нее были друзья?
- У Дождя то? Были. Компашка еще та. Я с ними недоростками мало якшался. Имен, фамилий не знаю.
- Хоть прозвища?
Юля решила действовать пристраиваясь к сложившейся ситуации.
‒ Это пожалуйста, если только всех упомню. Худой, Лысый, Ксена – принцесса воин, Сопля или Сополя. С этим несколько вариантов. А еще этот, как его! Гопник! Вспомнил. Адресов не знаю. Зачем мне. Если по памяти одного могу сказать. Худой в этом подъезде живет. Первый этаж. Дверь налево. Батя у него дальнобойщик, но на шмотки хорошие тратиться жаба давит. Мамашка даже вяжет для приработка.
Мужчина стал говорить нервно и путано.
- Худо мне, - пожаловался без всякого логического перехода.
Затем вскочил на ноги. Попытался идти, но его сильно качнуло. В результате он снова плюхнулся на скамейку и откинувшись на ее спинку, устало закрыл глаза. Чижова поначалу растерялась, но затем решила остаться. Информатор не ахти какой, но и таким пренебрегать нельзя. Хотя сидеть рядом с этим отключившимся типом было совсем некомфортно. Юля достала из сумочки блокнот и приняла вид сосредоточенного журналиста - хроникера, хотя прозвища ребят действительно записала, если, конечно, правильно их запомнила. Мысленно она терзалась за допущенную оплошность, что не попала на кладбище. Перед ней возникла дилемма: доложить об этом Селезневу или отморозиться. А если он сам отправился туда? Решил высматривать кающегося убийцу, прячась между могильных памятников. Нужно добыть хоть какую-то полезную информацию, поэтому Чижова решила дожидаться здесь до победы.