- Супец - класс, - доложил он с сияющим лицом. – Но с пельменями.
- Что там за шмара с тобой зубки свои сахарные сушила?
‒ Это Маринка – соседка по этажу. И почему сразу шмара? Очень хорошая отзывчивая девушка. Вот ложки нам одолжила и специй в суп.
Коля достал из кармана два столовых прибора.
- Почему не три? – съязвила Юля. – А сама Марина чем хлебать будет?
- Она у себя в комнате будет это делать. У нее муж есть.
Николай отошел к окну, где на подоконнике лежала пачка салфеток, и принялся протирать ложки. На свою беду, повернулся к супруге спиной. А та, не соображая, зачем она это делает, взяла и бросила в кастрюлю трусы, которые держала в руках. Николай вернулся в позицию анфас и протянул жене одну из протертых ложек.
– Бери. Я добрый. Угощаю.
Юля покорно взяла, но пустить в ход свой столовый инструмент не спешила.
- Тарелок нет. Давай прямо из кастрюли, - предложил мужчина.
- Давай.
Его коварная супруга наигранно облизнулась. Первым же гребком несчастный едок подцепил бельевую добавку к супу. Его шок был ужасен. Держа выловленные трусы на ложке, как свернувшуюся в клубок гремучую змею, Николай с великой предосторожностью отнес их подальше от обеденного стола и бросил на пол. Они шмякнулись грязным дискредитирующим пятном на имидже жильцов местной коммуны.
- Ну, козлы, - прошипел он не хуже той самой змеи.
Юля с трудом прятала торжествующую улыбку.
- Зря ты так. Твоя соседка Маринка действительно очень отзывчивая девушка. Понимает, что хороший суп без навара – это пустая похлебка для бездомных.
С этими словами она смело запустила свою ложку в кастрюлю и отправила в свой рот парочку пельменей.
- Ты что? Совсем!
Николай хотел было броситься к жене, но его тут же вырвало, и он метнулся в секционный туалет.
- Тебе что, не противно?
- Меня Селезнев научил пренебрегать ложной брезгливостью, а он твой коллега по службе. При том старший по званию. Ты с него пример должен брать.
- А ты не должна жрать эту гадость!
Николай решительно подхватил кастрюлю и выбросил ее в окно.
- Коленька, в окна ничего выбрасывать нельзя по закону, который ты поставлен охранять. А ты ведешь себя, как Денис Кораблев с манной кашей. Тем более кастрюли с горячими пельменями – это гораздо серьезней. Я не удивлюсь, если завтра там внизу мы обнаружим труп безвинно пострадавшего гражданина.
- Хватит паясничать! – взорвался муж.
Он резко рухнул на свою кровать и схватился руками за голову, как будто прикрывал уши.
- В этой общаге точно с голоду загнешься или умом тронешься!
- На, подкрепись.
Жена миролюбиво протянула ему остаток своего пирожка.
- На данный момент наша доля питаться по поминкам.
- И по помойкам. Не иначе.
Юля посчитала события вечера исчерпанными, разделась и легла спать, сразу же отвернувшись к стенке. Среди ночи проснулась от какого-то шума. Прислушавшись, она определила плеск. Повернула голову и увидела мужа, который копошился в ведре с водой. По всей видимости, стирал.
- Эй! Ночной енот полоскун, лунатизм одолел?
- Трусы стираю, которые из супа. Я на них чью-то фамилию рассмотрел.
- Действительно, глазастый сотрудник прокуратуры.
- Теперь от меня этот шутник не уйдет. Я ему покажу.
- Мои бы лучше постирал.
Юля стащила с себя свои трусишки и бросила их Николаю. Тот не успел вовремя среагировать, и они зависли у него на голове.
- Остальные там, в пакете, за шкафом, - небрежно подсказала она и зевнула в последний перед основным сном раз.
День без белья (сумасбродный)
Ночью, в состоянии полусна, Юля не особо осмысленно воспринимала собственные поступки, но утром ей стало отчаянно стыдно. Мужа тогда, во время своего случайного пробуждения, она, можно считать, унизила. Осторожно приоткрыв глаза, провинившаяся жена окинула взглядом комнату и обнаружила Николая уже почти собранным. Следовало сказать некие теплые слова в компенсацию за свою ночную выходку, но ее противный язычок вновь родил очередную колкость: