- Запросто. Только в подвал нужно спуститься.
- Не вопрос, - Юля полноценно вошла в нужный следовательский раж.
Ключ от подвала имелся у пацана на той же связке. В потемках затхлых коридоров подземелья на женщину нахлынули ощущения другого рода, но также нежно щекочущие душу. Как будто она вернулась в детство, чтобы поиграть в войнушку или секретных агентов. В куклы играть ей никогда не нравилось.
В самой подземной мастерской настроение женщины круто возвратилось на эротический курс. Все стены довольно просторного помещения были густо увешаны плакатами с полуголыми девицами. Сополя ощутил неловкость и поспешил объясниться смущенной скороговоркой:
- Батя навешал. Мамка сюда никогда не ходит…
Не договорив, паренек нырнул под верстак и стал грохотать там какими-то банками и коробками.
- Другие ребята тоже бывали здесь? – полюбопытствовала женщина. – И девчонки тоже?
- А что такого! – донесся невнятный ответ парня сквозь грохот железок. – Что естественно, то не безобразно.
- Когда я училась в школе, у нас некоторые невоспитанные личности говорили по-другому: стыдно у кого видно, - разглагольствовала Юля, неспешно прохаживаясь по мастерской, и даже не подозревала, что такими воспоминаниями накликала на себя беду.
‒ Вот!
Сополя почти торжественно высыпал на стол горку алюминиевых кружков.
– Их у меня на полгорода.
Он выбрал один и положил на наковальню. Затем достал набор пробоев. На кончике каждого из них была соответствующая буковка.
- Что вам выбить? Имя?
- Пусть будет Чиж, - не долго думала обладательница фамилии Чижова.
- Всего то три буковки! Может, лучше Чижик?
- Пыжик! – зло передразнила она юного слесаря. – Сказала Чиж.
Парень поспешил схватить в руки молоток. Работы действительно оказалось немного. Буквально через минуту Юля уже держала в руке продукт его труда. Примитивнейшее изделие из серии простейших.
- Ну, теперь и я член вашего братства. Да?
- Какого братства? – не понял Сополя, возможно, даже искренне.
- Такого!
Женщина попыталась большим пальцем руки лихо подкинуть вверх свою алюминиевую метку и ловко поймать, но сноровки ей не хватило. Кружочек упал на пол и укатился куда-то под верстак. Она бросилась его доставать. Чисто на инстинкте. Присела, затем встала на четвереньки. Попыталась просунуть руку в глубину, и от такого напряженного движения ее джинсовая куртка поползла вверх, обнажив голую спину.
- Да бросьте! – Сополя попытался ее остановить. – Я вам новый сделаю. Дело то плевое!
Пытаясь выбраться обратно, Юля подняла голову, и ее плечи уперлись в столешницу верстака. Воротник зацепился за какой-то гвоздь. Она продолжала пятиться, и куртка оголила ее спину до самых лопаток.
- Помоги, - ей пришлось попросить парня. – Я за что-то зацепилась.
Сополя попытался, но вышло у него бестолково. Скорее от робости, чем от неуменья. Застегнутая до самого горла куртка стесняла дыхание, и женщина стала ее расстегивать, по ходу понимая, что поступить так целесообразно со всеми пуговицами. Высвободить руки из рукавов оказалось сложнее, но и с этим ей удалось справиться. Вынырнула Юля из-под верстака, как Афродита, рожденная из пены, с голым торсом. Как будто издеваясь, куртка теперь отцепилась от гвоздя без напряга.
- Можно считать, как на плакате, - констатировала нудистка поневоле свой вульгарный вид ошарашенному парнишке, одевая куртку обратно.
Оправившись и отряхнув пыль с голых коленок, она выпрямилась и впала в ступор, не зная, что сказать.
‒ Это еще хорошо, что я юбкой не зацепилась, - очередная ее реплика оказалась совершенно идиотской.
Сополя впал в оцепенение покруче Юлиного.
- Что приморозился, - она почти грубо попытался привести своего визави в нормальное состояние. – Сделал второй экземпляр брелка?
- Сейчас!
На парня жесткость женщины действительно подействовала отрезвляюще, но руки с молотком предательски задрожали.
- Теперь, пожалуй, клепай Чижик.
Юля обреченно махнула рукой. Она тоже пришла в себя почти окончательно и осознала позор какого уровня достигла.
- Сделай мне еще один, с именем Дождь, - попросила клиентка юного слесаря неожиданно даже для самой себя, а скорее лишь для того, чтобы потянуть время.