- Эй! – окликнула Юля хотя бы этого юного индивидуума. – Ты гопника не видел, случайно?
- Я Гопник, - доложил он, подойдя к женщине. – А вы, тетенька, чего хотели?
- Тебя видеть, племянничек мой дорогой.
Представительница серьезных органов поднатужилась не растеряться, хотя сегодня проваливаться в это состояние ей приходилось раз за разом. Она чисто механическим движением достала свое удостоверение и совершил ним магический пасс перед лицом подростка.
- Присядем, - предложила Чижова, кивнув в сторону ближайшей лавочки.
Пацан уселся и, стараясь не смотреть в глаза следовательницы, принялся за дополнительное занятие для отвлечения внимания. Стал вертеть кусок какой -то медной проволоки, чтобы свернуть ее в клубок.
- Сдачей металла промышляешь? – поинтересовалась Юля чуть ли не по-свойски.
- Еще чего! Что я рыжий таким заниматься?
- А какой же? – рассмеялась Чижова. – Фиолетовый?
- Да ну вас, - обиделся солнечный мальчик.
Тут с пасмурного неба сорвалось несколько противных капель.
- Кажется, дождь идет, - поежилась женщина.
- Где?
Так называемый Гопник среагировал своеобразно. Он посмотрел не вверх, как бы следовало в данном случае, а по сторонам.
Юлю очень тронула такая реакция.
- Она не придет.
Взрослая женщина доверительно положила руку на плечо рыжего пацана, а затем неожиданно прижала к себе и погладила по голове.
- Уже никогда. Понимаешь? С этим придется смириться. Жить дальше.
Они так и не покинули скамейку. Дождь, внезапно заявив о себе, так и не начался. Гопник сидел, отвернувшись, пряча свои набухшие слезами глаза.
- Какая она была? Ты можешь мне рассказать? Хотя-бы, одним словом.
- Разная.
- А конкретнее?
- Одним словом тяжело.
- Но все же?
- Добрая, - прошептал пацан.
- В чем это проявлялось?
- Она мне секретик свой показала.
- Какой секретик?
- Такой, - Гопник замялся и покраснел. - Девчачий.
- Куклы свои, что ли? Бывает девчонки в куклы играют чуть ли не до свадьбы.
- Нет. Показала, что у нее там. Под юбкой.
Чижова аж поперхнулась от такого признания. Лирическое настроение, накатившее на нее, сразу скукожилось, как мертвый лягушонок, выброшенный на песчаный берег.
- Ты сам ее попросил? – уточнила следовательница после продолжительной паузы.
В сущности, выяснять, чья инициатива превалировала в такого рода постыдных действиях, не имело великого значения. Просто нужно было о чем-то спросить.
- Я попросил.
Гопник опустил голову все-таки устыдившись.
- Ну и что? Рассмотрел все засекреченные закоулки?
- Рассмотрел, - ответил пацан тяжелым вздохом.
- А у Ксены вашей тоже просил о таком одолжении?
- А что у той Ксены смотреть, - пренебрежительно хмыкнул юный ценитель женских секретов. – Коза дранная. А Дождь симпатичная… Была, - уточнил он с великим сожалением.
- Тебе она нравилась?
- Да.
- А другим мальчикам?
- Не знаю.
- А у тебя тоже есть такая штучка?
Юля достала из кармана брелок с именем Дождь.
- Есть.
Гопник достал из кармана свой ключ от квартиры и продемонстрировал заветный кружочек с именем своей «доброй» подружки.
- А ты знаешь, что и у других пацанов тоже есть подобные брелки с ее именем.
- Знаю.
‒ Значит, не один ты по ней страдал, так сказать.
- Такой и у Ксены есть. Что с того? Тут совсем другая история.
- Расскажешь?
- Вам это ни к чему.
Гопник почему-то сжал свои кулачки и задрожал всем телом.
- Что с тобой? – перепугалась женщина.
- Не скажу, и точка.
В этот раз зависшая пауза оказалась гораздо длиннее.
- А если я тебе свой секретик покажу, расскажешь?
Гопник сразу расслабился и хохотнул:
- Врете вы все.