- Знаем. Там раньше уборщицы швабры хранили.
- И дело поручили, - Юля стойко пропустила колкость мужа мимо ушей.
- Что лично тебе? – удивился Николай.
- Представь себе. Еще и помощника выделили, капитана Стрельцова.
- Капитана? Сопляка какого-то? Выскочку?
- Нет. Он старенький такой дядька. Ноги еле волочит.
- Так может, это ты у него в помощниках?
- Нет! – сразу взвилась жена, вскочив на ноги. – Говорю же, майор Полетаев поручил следствие лично мне.
- Убийство по неосторожности? Что тебе могли поручить с ходу совершенно на новом месте! Ты в этом городе даже названия улиц еще не знаешь.
- Мы ведь договорились? – супруга сузила свои глазки до китайских щелочек и приблизила свое лицо впритык к фэйсу мужа. – Дома о работе ни слова! Или ты забыл наш договор?
- Что даже так, в общих чертах? – Коля покорно отпрянул на безопасное расстояние.
- Даже так, - отрезала Юля.
- О чем же тогда говорить? – Коля значительно снизил тон.
- О погоде, - вяло посоветовала жена и сразу как-то сникла, как осенний листок.
На самом деле ей так сильно хотелось поделиться всей накопившейся за день информацией с дорогим для нее человеком. Ее язык так чесался. Казалось, он просто распух во рту, как поставленное на опару тесто. Какая там погода! Лучше совсем рот не открывать, а то язык вывалится и шмякнется на пол куском мокрого, никому не нужного мяса.
До самого отбоя почти не общались. Были, конечно, бытовые дела, но почему-то погрязнуть в них с головой по-семейному не тянуло никого из супругов. Коля принес ведро воды в туалет для смыва унитаза и посчитал свою миссию исполненной. Тазик для постирушек они так и не удосужились купить. Грязное белье Юля потихоньку складывала в старый пакет и хранила в углу за шкафом. Личный душ комендантши она пока что не отважилась посетить. Один раз сунулась в общий, но там у нее неизвестные неуловимые мстители стащили трусы, которых и так было в обрез. Содеяно это было в шутку или от ненависти к правоохранительным органам останется причисленным к загадкам истории, но доверие к местным обитателям, которого и так было на донышке, улетучилось окончательно. Чистить зубы и умываться Юля приспособилась на службе в туалете, для чего зубную щетку, мыло и пачку салфеток постоянно таскала в своей распухшей сумочке.
Уже лежа в кровати, Юля буркнула, отворачиваясь к стене:
- Не переживай, скоро и тебе поручат какое-нибудь дело.
- Уже поручили. Только я не на первых ролях. На подхвате, - проворчал Коля в ответ из-под своего одеяла, но дальше углубляться не стал, соблюдая пресловутый супружеский пакт о неразглашении.
Вскоре со стороны его кровати стал раздаваться могучий мужской храп. Юля долго ворочалась и не могла уснуть, но вовсе не из-за канонады носоглотки супруга. Она разговаривала со спящем Коленькой мысленно, иногда даже всхлипывая в бессильной тоске, которую порождала стена сложившихся семейных обстоятельств. О том, как ей сегодня было непросто: больно, обидно, неприятно, сложно, конфузно, стыдно…
Тут мысль ее споткнулась. Юле стало трудно перечислять бесконечный ряд прилагательных такого рода. Она стала в подробностях перебирать моменты прожитого дня.
Вот она вошла в кабинет своего начальника. подполковника Полетаева. Глаза шефа лучились неподдельной доброжелательностью.
- Ну что, Чижик? Послужим на благо Отчизны?
От такой фамильярности женщина просто опешила и покраснела не только до ушей, до самых пяток. Ее защитная реакция быстро переориентировала шефа на более официальный тон. Он поставил ее перед фактом довольно казусного назначения. Принять руководство оперативной бригадой, которая уже выехала на задание под руководством другого офицера - капитана Стрельцова. Чтобы нагнать дела подполковник, конечно, выделил ей служебный транспорт и пообещал сообщить об ее назначении будущим подчиненным, но на деле вышло из рук вон плохо.
Прибыв на место происшествия, она застала там лишь одного человека. Остальная часть группы уже уехала. Тело погибшей девушки увезли в морг. Кинологи тоже ушли с концами. Собака взяла след и увела их очень далеко. Им было выгоднее вернуться в управление, чем обратно сюда.