- Да вы ешьте, не стесняйтесь, - стала рекламировать она свое варево. – Борщ наваристый получился, как никогда. Угощайтесь.
Чижовы робко присели за стол и нерешительно взяли ложки в руки.
- Да мы в принципе не голодны, - промямлил Николай.
- Ой! Не скромничайте! Я вас умоляю!
Марина разговаривала по-свойски, громко и развязно. Как стародавняя подружка четы Чижовых.
- Нет, правда, мы сыты, - поддержала мужа и Юля. – Не стоило так беспокоиться.
- Да что вы в самом то деле, как не родные! Я уж общажную жизнь знаю, как никто. Всякого тут повидала. А вот вас, милочка, на кухне ни разу не встречала. Даже мельком.
- Юля, - подсказала ей Чижова, не желая оставаться милочкой.
- Марина, - представилась в ответ гостья.
- Да я уж знаю. Заочно. Мне Коля о вас рассказывал. Какая вы замечательная и отзывчивая женщина.
- Да уж.
Самодовольно зарделась Марина.
– Я такая, считаю, что с соседями жить нужно дружно. А то, что с авторучкой у Коли случилось – это так. Тьфу и забыть. Главное, что он тоже хотел нам помочь. Крышку поднять, чтобы кипяток не убежал. Что же вы не едите! Мне прямо обидно за себя! Неужели я такая никудышняя стряпуха? Даже ложечки не попробовали! Или пахнет невкусно?
Коля заметно срыгнул.
- Я просто горячее не ем. Диета, - стала придумывать новые оправдания Юля.
- Да, - охотно поддержал ее муж. – Пусть остынет.
- Ну, как хотите. А вот мой Алексей любит, чтобы прямо как кипяток. И как язык не обжигает. Этого борща даже добавки попросил.
Коля срыгнул еще заметнее и стал давиться, пытаясь сглотнуть обратно.
- И Женечке понравилось. Мальчику нашему. Может, видели? Курчавый такой.
- Понравилось? – удрученно переспросила Юля. – Женечке? Ну, тогда, конечно.
Зажмурившись, отправила в рот первую ложку. Затронув тему сыночка, Марина уже не умолкала, рассказывая в подробностях о воспитательных нюансах в их семье и о выдающихся способностях отпрыска. В горячке своей оратории она так размахивала руками, что полы ее халата распахнулись и на божий свет проглянули белоснежные до рези в глазах трусики. Таких белоснежных Чижова даже и представить не могла. Заметив, что ее Коля тоже вытаращился в том же направлении, гаркнула на него почти с наслаждением:
- Жри давай!
Чижов отправил в рот первую ложку. Можно сказать, с перепуга. После такого вскрика хозяйки, гостья поспешила распрощаться. Коля тут же подхватился с тарелкой в руках в направлении туалета, но был остановлен очередным вскриком супруги.
- Сядь! Женя ел, и ты не сдохнешь!
В этот момент в их дверь вновь постучали.
- Неужели добавку принесли! – крикнул Николай, вскакивая из-за стола снова в туалет.
В комнату заглянул Стрельцов.
- Юлия Васильевна, Селезнев разрешил вам завтра дома отсидеться. С ногой вашей. Он обещал, что прикроет.
Стрельцов просунулся дальше в комнату и чуть не наступил на грязные трусы на полу. Несчастное женское белье имело совершенно печальный вид. Окрашенные в красные остатки борща трусики выглядели как будто снятые с жертвы фильма о маньяке с бензопилой. Юля поспешила поддать их ногой под кровать.
- Павел Степанович, это вовсе не то, о чем вы подумали. Мы же с вами взрослые люди. Я могу пояснить. Это не месячные, просто кровь носом пошла.
- Чьим носом?
- У мужа, - ляпнула она, как веслом с размаху по воде во время штиля.
Юлю понесло, так сказать.
- Он хотел меня поцеловать, а тут вдруг… Понимаете?
- С трудом.
Даже судорожное потряхивание головой вряд ли помогло мужчине утрясти в своем мозгу полученную информацию слишком фривольного содержания. Тут как раз вернулся Николай с мокрым лицом. Было заметно, что он еле сдержался, чтобы не придраться к жене за возвращение нежеланного гостя, но Юля неожиданно сделала очень полезное предложение, облегчающее участь супруга.
- Павел Степанович, борща не желаете?
Указала гостеприимная в кавычках хозяйка на почти еще не начатую тарелку Николая.
- Пожалуй, не откажусь, - с удовольствием крякнул Стрельцов, усаживаясь за стол.