- Что вы здесь делаете? – задал глупый вопрос ошарашенный мужчина.
- Лежу! Не видите? В нашей общаге невозможно по-человечески отдохнуть. Там сплошной разврат…
Юля пошла на этот полушутливый сарказм, не представляя, как сформулировать просьбу Ксены в более-менее сносном виде. Наглая захватчица постели продолжила свою трапезу, пытаясь ускорить ее финал. От слишком смелых движений одеяло свалилось с ее груди, обнажив часть тела.
- А нагота ‒это значит совсем другое? Так что ли? Не разврат?
- Я жду вашу жену.
- Зачем? Моя Надя не доктор и не массажист.
- Ксена попросила. То есть Нина. Она хочет дискредитировать вас и руками матери изгнать из семьи. Мне кажется, этот вариант лучше, чем отправиться в тюрьму за изнасилование малолетней.
- Может быть, - согласился мужчина с превеликой тоской в голосе и во всем своем облике.
- Присоединяйтесь, - откинула Юлия край одеяла. – Для убедительности.
Вовик не ответил и еще более потемнел от новой волны грусти. Он ушел. Юля допила компот и отправилась следом отнести чашку.
- Ну чего вы? - заглянула она на кухню.
- О боже! – воскликнул Вовик, отворачиваясь.
- Ну, хоть рядом посидите. Мне там скучно и страшно. Вдруг ваша супруга бросится на меня.
Чуть позже он все-таки откликнулся на ее просьбу. Вошел в спальню и, тяжело вздохнув, присел на дальний уголок кровати.
- Вы бы разделись, - сразу же насела на него добровольная провокаторша.
Очень не спеша, Вовик выполнил и это дерзкое требование, но оголил только торс.
- А дальше? – наседала горе-любовница.
- Хватит! – резко отрезал мужчина.
- Почему? – капризным томным голосом возмутилась Юля.
Она подползла поближе к своему напарнику по фиктивному адюльтеру и погладила того по спине.
Вовик вздрогнул, как от прикосновения жабы.
- Я не ожидал, что вы такая!
- Сама не ожидала. Честное слово. Хотя для вас же стараюсь. Для вашей ячейки общества, так сказать. Чтобы ее развалить по возможности менее болезненно.
Юля вдруг вспомнила о неприятной информации касательно этой семьи.
- А вам нечего из себя святошу строить. Сидеть на кончике иглы, свесив ножки, конечно, удобно, но не престижно в нормальном обществе. Я так думаю.
‒ Это вы про меня? – теперь у Вовика готовы были взорваться не только глаза, но и уши, в которые влетело столь неадекватное обвинение.
- Про ваше неприкасаемое величие.
- Опять проделки падчерицы?
- Нет. Сообщение по почте. А ну в кровать живо! – Чижова перестала церемониться. - И штаны долой!
Вовик сдался, но в трусы - последний бастион, прикрывающий его тело, вцепился намертво.
- Давай! До конца!
Юля выскочила из-под одеяла и тоже вцепилась в ткань интимного мужского белья.
- Ах, так! Я сейчас резинку перегрызу, болван! Сдавайся!
Она действительно изловчилась и вцепилась зубами в верхнюю часть трусов.
Увлекшись борьбой, они не услышали не только шума входной двери, но и того, как к ним в спальню вошла мама Ксены.
- Вовик, что же ты не предупредил, что пригласил в гости женщину. Я бы на работе задержалась, - раздался тихий, как дуновение ветерка, женский голос.
Чижова подскочила, опасаясь начала более активных событий, но, увидев свою соперницу, застыла не хуже Вовика, когда он обнаружил ее саму в своей спальне. Женщина поразила ее своим убогим видом. Худенькая, щуплая, маленького росточка, с впалой грудью. На вид ей было лет пятьдесят.