***
Дождь не прекращался, Стив ходил из угла в угол по комнате, нервно перебирая пальцами чётки, которые ему подарил его арабский друг. Его приятель сидел в кресле и о чем-то думал. В комнате был приглушенный свет, светила только одна лампа, стоявшая на столе, поэтому на лицах постоянно блуждала тень.
- Ник, прекрати, молчать, как ты можешь молчать, когда я тут от нервов с ума схожу.
Ник, встрепенулся.
- Успокойся, Стиви, София уже не маленькая она доберется хорошо, всё в порядке будет.
- Уже час прошел, как она в дороге.
- Ты сам видишь, что за окном происходит, за час она точно не доберется до дома.
- Мне страшно за неё, особенно из-за последнего случая. Не перестаю думать об этом. Я думаю, что она совсем не случайно упала с моста.
- Ты думаешь, она хотела покончить с собой?
- Я не уверен, я побоялся спрашивать у девушки, которая ее спасла, боялся, что она даст утвердительный ответ. Но София сильно изменилась, тем более, что перед случившимся она поссорилась с отцом, он назвал её парня «мусором с улицы», представляешь? – немного нервно произнес Стив.
- Да уж. Ваш отец специфический человек. Но нельзя себя так накручивать, я думаю, что это действительно была случайность. Успокойся и не переживай.
- Ты не понимаешь, Ник. Проблема в отце, даже не в маме, с ней можно договориться, а вот папа. Он совсем не хочет осознавать того, что мы можем делать выбор самостоятельно. Я пытался поговорить с ним на обеде, но он даже слушать меня не стал. Сказал, чтобы я катился к своим чертежам и продолжал черкать карандашом свои бесполезные каракули – с явной злостью в голосе и ноткой пренебрежения сказал Стив. - Если мы не занимаемся семейным делом, значит мы бесполезные дети, по его мнению, так.
- Твой отец упрям, в этом его самая главная проблема. Если бы он хотя бы хотел вас понять, но он решил, что вы его предали.
У Стива зазвонил телефон:
- Слава Богу, это София. Да, Софи, ты уже дома? Ты хорошо доехала? Никаких происшествий? Как дела у Люси? Вот как. Здорово. Я рад. Хорошо. Пока.
- Ну, вот видишь, а ты переживал.
- Да уж. Но скажи мне, почему ты такой задумчивый сегодня? Опять думаешь о своей Белоснежке?
- Я сегодня с ней снова столкнулся.
- Правда? И что? Вы познакомились?
- Нет, она опять налетела на меня, а потом забежала в автобус – улыбнулся Ник.
- Чувак, удача тебя, покинула. Я тебя не узнаю, обычно ты всегда добиваешься своих целей.
- Да, завтра я пойду снова на то место и буду ждать ее весь день. Пока не встречу.
- А если не встретишь?
- Встречу. Я уверен в этом – Ник посмотрел на Стива с полной решимостью. Он знал, что завтра всё изменится, он верил в это.
Дождь всё лил и лил. Будто после долгой засухи в прериях наступил сезон дождей. Он то, сбавлял свою силу, то набирал её вновь. Дождь во второй половине октября – холодный и противный. У него нет ничего общего с летним дождем, которого ты ждешь и радуешься ему, как маленький ребенок. Опавшие листья, были полностью прибиты к земле водяными гвоздями. Он не оставил им шанса, их теперь ждала только одна участь – замерзнуть, а весною сгнить, превратясь в удобрение. Вдруг ночное небо озарило светом, через несколько секунд раздался раскат грома. Гроза в такое время – редкое явление. Она стала предвестником, тихой и мягкой зимы, предвестником чего-то необычного. Еще несколько раз заря окатила небо, и танцующие полосы электрического разряда разбежались во все стороны. А затем, дождь прекратился, и ночь впала в мертвую тишину.
Пожар
Утро было многообещающим. В окно пробивались лучи осеннего солнца. После проливного дождя природа будто ожила. Солнце было невысоко, но светило ярко, так, что глаза болели, и их невозможно было раскрыть полностью. На улице пахло свежестью, мороза не было, но холодный ветер гонял стайку упавших, мокрых листьев по рыхлой земле.
Ник, проснулся рано, несмотря на то, что уснул почти под утро. На часах было восемь. Он посмотрел на часы, затем отправился на кухню. В холодильнике не было ничего интересного, что могло бы его привлечь. А может быть он просто ничего не хотел. Ник стандартно сварил кофе, он получился жутко горьким, поэтому сделав глоток, скорчил гримасу и вылил напиток в раковину:
- Когда я научусь уже его варить?
Он отправился одеваться. Долго смотрел на свой гардероб, думая, что ему надеть, ведь сегодня он планировал встретить свою судьбу во, чтобы то ни стало. Костюм слишком официально, рубашка и джинсы – посредственно. Он тяжело вздохнул, а потом ужаснулся, поймав, себя на мысли, что он стоит и выбирает себе наряд, словно девчонка собирается на свидание. Ник прошипел, помахал головой, выгоняя из себя странные чувства и надел на себя, то в чем был и всегда, когда происходили столкновения с ней.