- К сожалению, я не знаю… я увидела её, когда она уже барахталась в воде…
- Точно? – с явным недоверием спросил врач
- Конечно, зачем мне врать? – стараясь скрыть своё волнение, ответила Люси.
- Хорошо, тогда можете зайти к ней, она вас звала.
И он ушел, а Люси направилась в палату к Софии. Палата оказалась уютной. В ней были светлые стены, на окнах висели занавески темно-зелёного цвета, а на подоконнике даже стоял горшок с цветами. Возле кровати стояла тумбочка, в углу было кресло, на противоположной стене от кровати висел телевизор. София сидела на койке, свесив ноги, она была уже в больничной одежде и тапках.
- Привет – тихо и скромно поздоровалась Люси. - Ты как?
Девушка подняла голову и улыбнулась. Затем подняла руку и показала большой палец вверх.
- Всё хорошо. Как ты?
- Отлично.
- Я хотела сказать тебе спасибо и попросить прощение за то, что ты всё это увидела. Мне действительно очень стыдно за себя, это было минутное помешательство, отчаяние, страх. Я не должна была этого делать – с большим раскаянием в голосе произнесла эти слова София. Было видно, что она вот-вот расплачется.
- Всё в порядке, ты не должна сейчас об этом думать, тебе нужно поправляться. Я – Люси, кстати. Люси Эртон.
- Оу…точно. А я София Андерсон, но можно просто Софи. – улыбнулась Софи и посмотрела на ноги Люси. Ой, да у тебя же мокрые штаны, почему они не предложили тебе одежду? – она встала и хотела выйти из палаты, но Люси её остановила.
- Не надо, я сама отказалась. Всё хорошо, я уже сейчас поеду домой. Но, если хочешь, я побуду с тобой пока твои родители не приехали?
- Нет, не стоит. Поезжай домой и отдыхай. С родителями, я чувствую, у меня будет неприятный разговор, и ещё хочу попросить, не говори, что я…ну…- она замялась, не зная какое слово подобрать, но Люси перебила её раздумья.
- Я уже сказала, что увидела тебя, когда ты уже была в воде, не волнуйся. Так что, отдыхай и поправляйся. Я заеду к тебе завтра утром – сказала Люси и направилась к выходу.
Дома её ждал отец, он не ложился спать, пока дочь не приходила домой. На часах было три. На звонки она не отвечала, и он не на шутку стал беспокоиться. Он уже думал, что если она не вернется через полчаса, то он начнет обзванивать больницы. Но только он об этом подумал, входная дверь открылась.
- Боже, дочка, где ты была? Я чуть с ума не сошел. С тобой всё хорошо?
- Да, пап, прости, просто тут одна история случилась. И она подробно рассказала ему, что произошло, совсем забыв про то, что ей нужно переодеться.
- Так, что…я теперь у тебя герой – улыбнулась Люси пытаясь разрядить сложившуюся обстановку, видя лицо отца.
- Ужасная история…ну, а её родители?
- Я их не дождалась. Это их семейное дело. Меня это не касается.
- Почему взрослые бывают порой такими глупыми и доводят всё до такого состояния?
- Я думаю, это риторический вопрос, пап.
Мистер Эртон тяжело вздохнул, потом, наконец, обратил внимание на то, что брюки Люси были совсем мокрые. Он поругал её, за несерьезное отношение к своему здоровью и отправил в душ, а сам пошел делать ей теплый чай с имбирем и медом, чтобы она не простудилась.
Люси долго лежала в кровати и не могла уснуть, она всё думала об этой девочке, которая сейчас осталась там одна. Ей было жаль её, ей было жаль, что её не понимали собственные родители, она прекрасно понимала, что та чувствует себя изгоем в своей же семье, как когда-то она чувствовала себя также в этом мире. Ей нужна была сейчас поддержка и друг рядом. А она – Люси, бросила её там одну. Правильно ли она сделала? Нужно ли ей было остаться? Хотя зачем, если всё равно, по приезду родителей ей пришлось бы оставить их. Этим она себя и успокоила. Она стала думать о том, почему люди такие эгоисты. Почему они готовы жертвовать счастьем других ради собственного удовлетворения. Тем более как, это могут делать родители со своим ребенком? Неужели они не видят, что это причиняет ей боль? Что она становится от них дальше, что всё вокруг ей не мило. А если она поступит также как и брат, бросит их и уйдет? Тогда они задумаются? Вряд ли… - сама себе мысленно задавала вопросы Люси и тут же на них отвечала. Ей было неспокойно, сердце негодовало от такой несправедливости. Она в очередной раз убедилась в том, что её родители – лучшие, кого она знает.
Ей нужно было срочно переключиться на что-нибудь другое иначе, миссия сон, на который времени осталось так немного, была бы провалена. Она закрыла глаза, пытаясь уснуть, но перед ними появились губы, а затем улыбка. Люси резко соскочила. Подсознательно, эта часть лица сидели у неё в голове весь день, и теперь, когда мыслей стало меньше, нагло посетила её вновь. Люси тяжело вздохнула: