Филипп взял картину, окинул её решительным взглядом и разрезал перочинным ножом. Сперва он вырезал квадрат полотна, разделил на лоскуты и бросил на пустой выжженный край земли. Затем разломал на части раму и кинул туда же. Керосин окропил остатки вещицы, из-за которой пострадали, вероятно, очень многие души. Коричневая головка спички чиркнула о коробок. Сера зашипела и заплевалась пламенем. Фил кинул спичку вниз, и картина вспыхнула. Что-то внутри затрещало и зашипело… казалось, что сейчас должна вылезти одна из тварей прошлого, но этого не произошло. Картина сгорела практически дотла.
– Теперь наши счёты равны.
Некоторое время спустя Фил стоял на кладбище. Перед ним расположилась могила Эльзы Гаус, его бабушки. Рядом ещё две могилы поменьше. Мраморная плита слегка истёрлась спустя годы, однако всё также блестела и напоминала о жившем раньше человеке. Саженец дуба превратился в молодое стройное деревце. Ещё многие десятилетия оно будет охранять мирный сон Эльзы. А ещё…
Филипп встал на колено, провёл рукой по вырезанным на плите инициалам и достал из кармана агат. Камень пришёлся очень кстати, украсив скромную могилу своим мягким небесным цветом.
– Спи спокойно, Эльза. Надеюсь, ты встретилась с теми, с кем должна.
Удаляющиеся шаги ещё некоторое время доносились до могилы, пока совсем не стихли.
4
Вырезка из газеты «ExpressNews»
«Власти сообщают, что в Ленинградской области, на берегу Ладожского озера неподалёку от посёлка Пятиречье было найдено тело. Мужчина в чёрном плаще, с топором в руках лежал на гранитном моле прямо напротив местной достопримечательности – старого маяка, который уже десятки лет стоит без работы. На момент прибытия полиции и проведения медицинской экспертизы тело уже окоченело и начало разлагаться. Экспертам удалось установить, что оно принадлежит серийному убийце, орудовавшему в маленьких городах Германии. По происхождению убийца коренной москвич, однако свои зверства он совершал на территории чужой страны. Власти удивлены, что этот человек оказался на окраине Петербурга. К счастью, пострадавших обнаружено не было. А согласно заключению экспертизы, убийца погиб во время удара молнии по металлической части топора…»
Эпилог
Мрачный день навис над всем Петербургом. Все люди торопились, прятались под зонтами, забегали в торговые центры и ютились под крышами остановок. Тучи заволокли небо, город приобрёл чёрно-серую гамму. В глубине неба сверкали молнии.
Мужчина средних лет в дорогом чёрном пальто, шляпе-котелке и синих брюках, прикрывая голову газетой, которую ему всучили на выходе из метро, торопился попасть под навес знакомой парадной. Каблуки брендовых туфель стучали о мокрый асфальт. Проезжающая мимо машина сперва хотела проскочить на газах, однако совершенно неожиданно притормозила.
Лифт поднялся на шестнадцатый этаж. Двери ещё не раскрылись, однако в ноздри уже проник чарующий аромат с нотками ностальгии. Сколько долгих лет она не посещала затуманенный стареющий разум. Мужчина подошёл к центральной двери под номером двести один и три раза постучал костяшками. Сию секунду дверь открылась. Запах масел и благовоний мощным цунами вырвался из светлой квартиры, которая за столько лет практически не претерпела изменений. Волоски на предплечьях заёрзали, в колено стрельнуло резкой болью.
– Здравствуй, Фил. Рада снова тебя увидеть, – мягким искрящимся голосом проворковала девушка, которой на вид нельзя было дать и тридцати лет.
«Алиса!»
Филипп Гаус поражённо смотрел на старую знакомую. Его сухие губы разомкнулись, пожелтевшие зубы обнажились в тяжёлом удивлении. Морщины стянули щёки и лоб обвисшей кожи, а объёмные мешки под глазами совсем потеряли стыд. Мужчина снял шляпу, из-под которой приветливо блеснула лысина, которая пока ещё не добралась до висков и затылка.
– Здравствуй, Алиса… ты…
– Ни слова больше! – скомандовала девушка. – Для начала зайди. Одежду можешь повесить вот тут, газетку положи на столик, а затем проходи в комнату прямо. Для старого друга потребуется особый приём.
Сквозь пучину дымящихся ароматических палочек почувствовался запах духов. Духи, которыми каждое утро и каждый вечер пользуется Алиса. Филипп последовал руководству, оставил одежду и газету, а затем похрамывая прошёл в комнату. Удивительно, но в этой квартире словно отдельный далёкий мир. За десятки лет ничего не поменялось! Всё тот же стеллаж с фигурками, стеклянный стол и кресла. Мужчина помнит каждый элемент комнаты. Не хватает только дружеского плеча за соседним креслом.