Выбрать главу

«Хорошо», — отправляет она сообщение, зная, что вряд ли Владимир его скоро прочитает. Но, в конце концов, ей только восемнадцать, командировка, если верить телевизору, всего на четыре месяца, так что она может и подождать.

***

Павел Глоба со своим гороскопом завил утром, что у неё сегодня отличный день, и все дела решаются по щелчку пальцев. А если верить Тамаре Глоба, то день поганый, и лучше завернуться в одеяло и ползти в направлении кровати. В любом случае, жизнь — дерьмо. И ругаться уже не страшно, когда тебе почти тридцать. Даже вслух.

— Дерьмо! — произносит Рита, в очередной раз перезагружая зависший комп. — Опять? — раздаётся из соседнего кабинета голос начальницы. Радует, что он спокойный, даже весёлый.

А чего ей не веселится? Сидит целыми днями, пасьянс раскладывает на новеньком ноутбуке, а Рита на старом допотопном Пеньке пытается хоть что-то наваять к приходу очередных проверяющих.

«Не опять, а снова!» — ворчит она себе под нос, а вслух добавляет: — Да, Ольга Семёновна, но я надеюсь, что всё успело сохраниться. — Я поговорю с Игорем, — доносится голос начальницы, — может, он поищет что-то для тебя. Поновее. — Спасибо! — Рита кивает, дожидается, пока загрузится винда, и открывает скайп. В конце концов, на этой работе закон простой: сделал дело — гуляй смело, а у неё уже всё готово. Наверное. «Зай! У меня завтра самолёт, буду в шесть, сможешь встретить?» — тут же выскакивает сообщение от Толика.

Встретить! Нашёл дуру! Бегает туда-сюда от жены к ней и обратно, а ей ждать, пока он там со своими проблемами разберётся. Рита щелкает по значку, скрывая онлайн-статус, и открывает переписку с новым знакомым. Сердце щемит, но она, словно тот ещё мазохист, читает о том, как они назначают друг другу встречу, и вспоминает…

Когда Рита подходит к бару, там уже куча милиции, Скорая помощь и толпа народа. Все толкаются, что-то друг другу объясняют, но о произошедшем никто чётко рассказать не может. То ли драка была, то ли просто какой-то сумасшедший. Убили — это да. А вот почему — кто его знает?

«Я подожду», — это последнее, что читает Рита в их переписке, а высовывающаяся из-под простыни рука — последнее, что видит Рита в день их несостоявшегося свидания. Она приходит в себя в больнице. Дежурный врач говорит, что Рита упала в обморок прямо посреди улицы, и её привезли в к ним на Скорой.

Утром она уходит из больницы — сразу на работу. В тех же шмотках, в каких пришла на несостоявшееся свидание. По пути в автобусе водитель делает радио погромче, и Павел Глоба читает свой гороскоп, а потом Ольга Семёновна, по своему обыкновению, зачитывает из Небесного Оракула то, что вычислила Тамара Глоба.

— Рит, — Машка возвращается из забега по отделам и плюхается на свой старенький скрипучий стул, — я сегодня не могу задержаться, а в семь должны посылку привезти для шефа. Можешь подождать, а? У меня Валька вечером в соревнованиях участвует. Прикинь, они будут первый раз перед настоящим жюри кататься. Волнуется. — Хорошо, — поворачивается к коллеге Рита и смотрит, как та пытается пристроить папку с документами на заваленном бумагами столе, — а с тебя фотки. Интересно же, как там наши юные фигуристки катаются. — Я даже видео могу записать. У меня смотри какая штука! — с этими словами Машка вытаскивает из сумки смартфон. — Виталик подарил на годовщину. — Эх, — Рита вздыхает, рассматривая новенький Самсунг, — где бы мне такого Виталика найти? — Бабушка говорила, что главное — ждать, — Машка улыбается, — и обязательно дождёшься. Даже в безнадёжности всегда есть надежда. — Я надеюсь и жду, — кивает Рита. — Жду.

***

В центре экрана переливается всеми цветами радуги маленькое облачко, предлагая: «Пожалуйста, подождите». — Я жду, — бормочет Рита, переключаясь на другую вкладку, — надеюсь, что дождусь… — Хватит ждать, завтра у нас заседание, а ты всё ковыряешься. Копуша! — директор недоволен, а ей всё равно. Они выиграют, она знает точно. Просто не могут не выиграть. В конце концов, Рита ещё ни одного дела не проиграла. — Всё будет тип-топ! — говорит она в спину выходящего из кабинета директора. Та, кажется, так и пышет недовольством. Ну вот как, скажите, человек может всем своим телом показывать эмоции? Обычно лицо, руки, а этот… Ему бы клоуном в цирке выступать, а не топ-менеджером работать в его неполные тридцать.