– Ты прав, Януш. Как всегда, прав. Никогда не будет согласия между нашими народами. Нет в них духа святорусского, нет идейности нашей. Они, подобно термитам, плодятся, разрастаясь в своем гнезде. А когда станет тесно, ринутся осваивать новые земли. И не дай Бог ослабнуть святорусам в те времена. – Правитель обернулся к Янушу, словно вспомнив о чем-то важном. – Но беду-то и загодя упредить можно? Оповести все княжества, что граничат с аримами, что нет у святорусов к ним доверия. Пусть усилят пограничные отряды. Да и пусть потомкам своим завещают стеречься Желтого Дракона. Это он сегодня затаился, словно в дрему впал, а стоит лишь бдительность утратить – тут же сомкнет на нашем горле свои стальные зубы.
Януш понимающе кивнул, внимая словам Правителя. Наконец, набравшись храбрости, он выпалил главную новость, с которой пожаловал на доклад.
– Хатти вооружаются!
Правитель изумленно вздернул бровь, не веря своим ушам.
– Что? Откуда такие известия?
– Угу. – Януш виновато опустил голову, словно сам был причиной этого неприятного известия. – Сорока на хвосте принесла. Давеча к ним явился большой древлянский отряд. Царь Рамунос объявил тайный сбор с князьями соседних городов-княжеств. Все их гарнизоны стали усиленно вооружаться. Объявлен дополнительный набор воинов. Кузнецы день и ночь куют мечи.
Впервые на памяти Януша Правитель выругался, в ярости стиснув кулаки:
– Змея Рамунос! Пригрели на груди Империи гада ползучего! – Подойдя к окну, он глубоко вздохнул, освобождая свой дух от нахлынувшей ярости. – Януш, твоя сорока случайно воинства их не сосчитала?
Воевода еще более погрустнел:
– Десять тысяч боевых колесниц да двадцать тысяч пеших воинов встанут на сторону древлян. Прости, Правитель, я не доглядел. Втайне их воинство собиралось.
Правитель долго молчал, пораженный численностью воинов, собранных потомками атлантов. Боевые колесницы – страшное оружие на поле битвы. Наконец, осознав всю опасность создавшейся ситуации, он произнес:
– Ступай, Януш. Готовь Асгард к осаде. – И проронил, едва лишь захлопнулась дверь за воеводой. – Ты глупец, Рамунос. Никогда человек не достигал желаемого, заключая сделки с Чернобогом. Не будет искупления твоему народу.
Глава 13
Дрожащими руками Рамунос принял кубок из рук Стояна, взглянув на бесценное ведьмачье зелье.
– Все пошли вон!
Испуганная прислуга и наложницы быстро покинули царские покои. Возлегающий на подушках ведьмак весело расхохотался, осмеивая нерешительность хаттского царя.
– Пей, Рамунос! И да прибудет Сила в твое смертное тело.
Поднеся кубок к губам, Рамунос принюхался, брезгливо скривившись от солоноватого запаха крови. Десять хаттских жрецов проверяли это зелье на яды. Сначала дали испить глоток кугуару. Животное словно обезумело от напитка, принявшись рваться с цепи. Затем слегло, сутки не приходя в сознание. Однако кугуар выжил и с утра вновь рыскал из угла в угол своей темницы, с еще большей яростью кидаясь на прутья клети. Казалось, напиток добавил ему невероятных сил, превратив испуганную кошку в обезумевшего зверя.
Подойдя к полированному стальному зеркалу, Рамунос нерешительно замер, вглядываясь в свое отражение.
– Если ты обманул меня, Великий Жрец, – произнес он, обращаясь к ведьмаку, – тебя ждет клеть с тигром.
Поднеся к губам кубок с зельем, царь отпил половину, прислушиваясь к своим ощущениям. Горячая волна заставила его содрогнуться, сердце бешено заколотилось в груди, разгоняя огонь по жилам. Неимоверный восторг овладел царем, тут же радостно испившим кубок до последней капли. Рамунос снова замер у зеркала. В глазах у него помутилось, отражение исказилось, словно насмехаясь над ним. Ноги Рамуноса подкосились, и царь рухнул на пол, утратив сознание. Упрежденные ведьмаком жрецы вошли в зал, склонившись над хозяином и обеспокоенно проверяя его дыхание. Бросая косые взгляды на беззаботного ведьмака, налегающего на фрукты, жрецы нахмурились, многозначительно переглядываясь меж собой.
– Чего коситесь, как стервятник на падаль?! – прорычал ведьмак, громко надкусывая сочное яблоко. – К утру ваш царь будет как новенький. Не до вас ему сейчас, Смерть к нему в гости пожаловала. Убирайтесь!
Склонившись в испуганном поклоне, жрецы гуськом направились к выходу, боясь призвать на свои головы гнев великого колдуна.
Прометавшись ночь в лихорадке, Рамунос к утру пришел в сознание. Безумно озираясь по сторонам, он прошептал дрожащими от страха посиневшими губами.
– Где она? Она приходила за мной!
Лежа на ковре, ведьмак задумчиво курил кальян. Жадно вдыхая белые клубы дурмана, он насмешливо ощерился: