Ведьмак лишь упрямо покачал головой, угрожающе прорычав в ответ:
– Ждем! – он вновь обернулся ко дворцу, вглядываясь в ворота сквозь клубы дыма. – Выкурим лиса из норы. Ему более некуда бежать. Чтобы волхв из темницы не выбрался? Ни за что не поверю.
Врата дворца распахнулись, и испуганная прислуга вместе со стражей бросились врассыпную, быстро сливаясь с городской толпой. Безобраз продолжал терпеливо ждать, вглядываясь слезящимися глазами сквозь едкий дым.
Вскоре его терпение было вознаграждено, и из дворца неторопливо вышел Рыжий. Остановившись посреди площади, волхв оперся о посох, тоскливо взглянув в глаза ведьмака.
– Надоело мне от тебя бегать, демон. Семи смертям не бывать, а одной не миновать.
Безобраз ощерился, поднимая вверх правую руку. Два десятка волков, стоящие справа от него, обнажили мечи. Подбадривая себя криками и ругательствами, воины стали осыпать волхва оскорблениями:
– Эй, рыжий пес? Скулила как-то под моим отцом одна рыжая сучка – ты не из ее помета будешь?!
– Чего хвост поджал, щенок?!
– А похвастать нечем, вот он хвост и поджимает!
Воины дружно расхохотались, пытаясь вывести волхва из себя. Безобраз улыбался, вглядываясь в глаза Рыжего и пытаясь отыскать хоть малейшую тень ярости или недовольства на его лице. Пожар все усиливался, затягивая площадь густым дымом. Понимая, что времени остается немного, ведьмак взмахнул рукой, и два десятка воинов рьяно бросились в бой. Они действовали умело и слаженно, словно роль каждого в бою была кем-то заранее определена. Волки не стали окружать Рыжего, пытаясь зайти со спины. Положившись на численность и неудержимую ярость, они накатили на него живой лавиной, одновременно нанося удары и низом, и верхом.
Впавший в оцепенение волхв стоял не шелохнувшись, наблюдая, как враги приближаются к нему. В последний миг, когда первый клинок устремился к его груди, Рыжий покачнулся, выгнувшись дугой. Ноги словно пустились в пляс, непредсказуемо меняя его местоположение. Это был странный танец, во время которого волхв то подпрыгивал, то припадал к земле, умело избегая ударов. Взмахнув посохом, Рыжий нанес первый сокрушительный удар. Раздались первые крики боли. Быстро раскручивая свое оружие и выписывая им восьмерки, волхв пошел в атаку, с оглушительным звоном ломая клинки врагов. Раздались глухие удары, и площадь заполнили крики боли и страдания.
Безобраз не шелохнулся, напряженно наблюдая за этим неравным поединком. На скулах ведьмака недовольно заиграли желваки. Один за другим его воины падали наземь, сраженные посохом волхва. Рыжий орудовал посохом, словно цепом на молотильне. Крики пытающихся уползти с места боя воинов быстро умолкали. Когда с первым десятком было покончено, волхв перешел в атаку. Руки, ноги, голова – все шло в ход, нанося удары. Он бил из любого положения, более не уклоняясь от их ударов. Он просто был быстрее. Быстрее мысли, быстрее понимания происходящего, быстрее ветра. Наконец, последний из волков пал наземь с проломленной головой. Рыжий замер, вновь опершись о посох. Уверенно взглянув в глаза Безобраза, он произнес:
– Так ветер, кружась, превращается в смерч, снося все на своем пути. И долго ты намерен оставаться в стороне, демон? Не заставляй меня ждать!
Ведьмак лишь довольно расхохотался в ответ, взмахнув левой рукой. Три десятка оставшихся воинов неуверенно выступили вперед. Они уже не были столь самоуверенны, видя судьбу, постигшую их товарищей. Вытянувшись длинным полукольцом, они попытались окружить волхва. Посох распался на две части, и в руках Рыжего сверкнул клинок. Он недобро усмехнулся, не глядя переступая через лежащие тела.
– Мне надоели ваши крики. Я научу вас умирать молча.
Волки набросились на волхва, желая разорвать его на куски. Ведьмак не отводил от него своего цепкого взгляда, запоминая каждый удар, каждое движение этого воина. Впервые за долгие тысячелетия он встретил достойного противника среди людей. Волхв был ловок, силен и невероятно быстр. Каждое его движение было выверено, каждый удар был скуп и смертелен. Он не проваливался при ударах, пытаясь дотянуться до врага. Он не уступал и пяди земли, уклоняясь от клинков, словно поток воды, огибающей камень. И сейчас этот великий враг резал его волков, словно свиней. Ведьмак ликовал, наблюдая за их сражением.
– Это будет славная битва! – прокричал Безобраз, обнажив свой смертоносный темный клинок.
Глаза ведьмака восхищенно сверкнули, когда последний из волков рухнул к ногам волхва, захлебываясь кровью. Все в этом мире для ведьмака утратило свой смысл. Его более не интересовали Веды, лежащие в мешке волхва. Он забыл обо всем на свете, даже о жестоком наказании Чернобога в случае его неудачи. Этот рыжий стервец стал для него целью жизни. За сотни лет Безобраз перевидал всяких богатырей. Были среди них и волхвы, и витязи, и воины-инородцы, живущие лишь мечом. Все они упокоились в земле, отведав темной стали его клинка. Но такого врага ему встречать не доводилось.