После того, как они убедились, что на нас нет следов укусов, Эдик созвал всех в холл. Эдик, Влад, Витя, Ваня, Женя, Эля, Катя, Полина из параллельного класса, Марк и я. Всего десять человек. Несколько мучительных минут мы провели в тишине, пока Катя, наша бывшая староста, не прервала ее.
— Так куда вы шли? — Я посмотрела на Марка, собираясь ответить, но он перебил меня.
— Туда, где можно укрыться, где безопасно, — его ложь кольнула меня. Я кивнула и отвела взгляд. Может, так и правильнее. Но с каких пор я перестала доверять людям? Наверное, после того, как увидела, как расстреливали тех несчастных. Сейчас каждый сам за себя. И кто знает, что у кого на уме…
— А вы как здесь оказались? Вы все были на площади?
— Когда поднялась паника, все побежали врассыпную, — ответила Катя, ее голос дрожал. — Я, Эля и Женя сразу рванули в школу. С нами были еще… — она замолчала, и все стало понятно без слов. Боль висела в воздухе, словно плотная завеса.
— Ой, давай только без соплей, — огрызнулся Эдик, плюхнувшись на стул. Он смотрел на нас с вызовом.
— А вы где были все это время?
— Прятались по квартирам, бегали от зомби, — ответила я. Горечь от пережитого до сих пор обжигала горло.
— Почему не остались в квартире?
— Там небезопасно… Замкнутое пространство, и еда тает, как надежда, — прозвучал усталый ответ.
— И что дальше? Какие-то планы вообще были? — Жекин голос прорезал повисшую тишину.
— Надо выбираться из города… В глушь, в маленькие поселки… Или искать убежище в соседней области, если оно вообще существует, — выдохнула я, вкладывая в каждое слово боль отчаяния.
— Здесь безопасно. Лучше остаться, — Эля сцепила руки в замок, и Полина робко кивнула в знак согласия.
— Но мы же не сможем вечно здесь прятаться, — возразила я, чувствуя, как внутри нарастает паника.
— На улице ещё хуже! — вскрикнула Эля, в её голосе слышался отголосок пережитого ужаса.
— Да тише вы, — шикнул Витя, и напряжение снова сдавило горло.
— Ладно… Школа… Она полностью наша, или только часть? — спросила я, пытаясь ухватиться хоть за какую-то ниточку надежды.
— Только спальный корпус, гардероб и медпункт. Дальше мы не ходили, — ответила Катя, и меня пронзило осознание их беспечности.
— У вас есть оружие? Мужики? И вы даже не удосужились проверить школу на наличие зомби? — Марк взорвался от ярости. — Да вы просто гении! Не удивлюсь, если мы проснемся в зубах у этих тварей!
— Двери в этот корпус закрыты, и мы сами запираемся в спальном корпусе на ночь, — попыталась оправдаться Катя.
— Стекло, по-твоему, остановит толпу обезумевших мертвецов? — с горечью произнесла я.
— А у вас есть идеи получше, герои вы наши? — Эдик криво усмехнулся. — Вперёд, я вас слушаю!
— Для начала — обследовать всю школу.
— Столовая, классы, медблок… Уверена, мы найдем там много полезного. А в столовой, скорее всего, горы еды, — с надеждой в голосе проговорила я.
— Я пас, — тут же отрезала Поля.
— Это слишком опасно, — согласилась с ней Эля.
— Согласен с тобой, но еда не бесконечная, — вставил Эдик, снова язвительно подчеркнув, что нас стало больше.
— Уже темно. Давайте сегодня отдохнем, а утром решим, что делать. К тому же парень с раненой ногой вряд ли будет очень полезен, — мудро заметил Ваня.
— За ногу не переживай, обезболивающее помогает, — огрызнулся Марк.
— Ваня прав, — поддержала я. — Нам нужно отдохнуть.
И нет, я не отказываюсь, и мне не страшно. После того ада, через который я прошла, я вряд ли смогу чего-то бояться так же сильно.
— Тогда пойдемте в спальный корпус. Там мы обычно ночуем и дежурим по очереди.
— Предлагаю, чтобы они отоспались. Мы подежурим, — сказал Женя.
Все кивнули в знак согласия, кроме Эдика, который все так же сверлил нас с Марком взглядом, полным ненависти.
— Спасибо вам, — искренне поблагодарила я.
— Потом отблагодаришь, — улыбнулась Катя. — Пошли, выделим вам место для сна.
Спальный корпус, обитель второго, третьего и четвертого этажей, принял нас на втором. В холле, по обе стороны, словно выстроились в ряд комнаты-спальни, когда-то приютившие детей продленки. Кроватки — крохотные ложа для великанов, но нас не сломить: сдвинув попарно, мы создали подобие пристанища. Женя, наш ангел-хранитель, устроил нас у окна, в самом укромном уголке. Здесь, в этом убежище, с нами Ваня, Эля и он сам, Женя, а остальные — в комнате напротив, словно на другом краю света.