— Иди сюда, — позвал он, похлопав по месту между раздвинутых ног.
— Что? — удивленно выдохнула я, не понимая его замысла.
— Не съем же, — рассмеялся он, и, не дав опомниться, притянул меня за руку, усаживая между колен. Кушетка была просторной. Опершись спиной о стену, он прижал меня к своей груди, обнимая за талию. — Поспи немного. Просто поспи.
— Неловко…
— Что именно?
— Поза… — Тело пронзила волна жара. То ли от температуры, то ли от его дыхания, касающегося уха, то ли от внезапного смущения. Я не могла понять… Его близость опьяняла и пугала одновременно. Сердце колотилось, словно птица в клетке, готовое вырваться на свободу. И я замерла, не зная, куда деть руки. Хотелось обнять его в ответ, почувствовать тепло его тела всем своим существом, но что-то внутри сдерживало, нашептывая о границах. Всё же я никто для него. Уткнувшись лицом в его грудь, я ощутила, как его сердце бьется в унисон с моим. Его руки, обнимающие меня, казались надежной защитой. Впервые за долгое время я почувствовала себя в безопасности.
— Могу я кое что у тебя спросить? — тихо спросила я.
— Я думал ты уже спишь.
— Почти — прикрываю глаза я ощутила как его рука плавно забралась в мои волосы поглаживая затылок и даря наслаждение. Боже я готова была замурлыкать словно кошка от этих манипуляций его руки.
— Спрашивай.
— Когда тебе страшно что ты обычно делаешь? Тебе же бывает страшно да?
Тишина повисла в воздухе, густая и напряженная, словно натянутая струна. Я чувствовала, как его сердце под моей щекой сбивается с ритма, выдавая его внутреннее смятение. Вопрос повис между нами, словно мост, ведущий в самые темные уголки.
— Бывает, — тихо ответил он, и в его голосе прозвучала такая неприкрытая уязвимость, что мое сердце сжалось. — Стараюсь не думать об этом. Отвлекаюсь. Или… представляю, что все хорошо. Что я в безопасности.
Я подняла голову, заглядывая в его глаза.
— А что помогает тебе? — спросил он.
— Твоя уверенность… — тихо призналась я, слова сорвались с губ, самим собой — И ты сам… Когда ты рядом, я чувствую, что смогу… просто смогу. — Он нежно коснулся моего лба ладонью. — Несу чушь, правда? Забудь… — Я уткнулась обратно в его грудь, ощущая, как его сердце бешено колотится. Закрыв глаза, я позволила себе раствориться в темноте, в его тепле…
***
Резкий запах сигаретного дыма вырвал меня из объятий сна. Тепло, исходящее от него, окутывало меня, словно защитный кокон, а его руки все так же бережно сжимали меня в объятиях. Подняв взгляд, я утонула в бездонной тьме его глаз. За окном сгущались сумерки, и в полумраке Марк казался каким-то демоном, сошедшим со страниц старинной книги. Пряди черных, непокорных кудрей, казалось, стали еще длиннее, обрамляя его лицо таинственной тенью.
— Прости, разбудил? Просто чертовски захотелось курить, — прошептал он виновато.
— Где ты вообще это достал?
— Ванька принес, сказал, что нашел в столярке, пока все искали теплую одежду. Не самый изысканный табак, конечно, но хоть что-то, — комната медпункта уже густо наполнилась удушливым запахом дешевых сигарет. Мой взгляд упал на пачку красного «Бонда».
— Угостишь? — я робко протянула руку, не решаясь вырваться из его согревающего плена.
Он протянул мне сигарету. Я зажала ее между губ, и он прикурил ее для меня. Сделав первую, слишком жадную затяжку, я почувствовала, как по телу пробегает дрожь от долгожданной дозы никотина. Как же давно я не курила…
— Тебе лучше? — его рука коснулась моего лба, — вроде бы, температура спала.
— Да, спасибо. Ты, наверное, устал так сидеть? — Я немного отстранилась, позволяя ему вздохнуть полной грудью. Он невольно размял затекшие плечи.
— Всё нормально, просто немного шея затекла, — пробормотал он. Я попыталась подняться, но рука Марка уверенно остановила меня.
— Ты можешь поспать ещё, если хочешь, — прошептал он, его голос звучал с такой заботой, что сердце дрогнуло.
— Марк, тебе тоже надо поспать, — ответила я, чувствуя, как волна нежности накрывает меня.
— Я не хочу, просто вернись на место, мне так было теплее, — его слова коснулись меня, словно горячее дыхание. Моё тело снова пронзила дрожь. Неужели опять температура? Или это что-то другое. В груди вспыхнула неведомая буря, и я, не в силах сопротивляться, прильнула к нему. Устроившись головой на его плече, мы курили в унисон, вдыхая и выдыхая призрачные колечки в потолок. У него они получались изящнее, совершеннее. Я смотрела в потолок, теряясь в танце теней, а его карие глаза, смотрели на меня, пока я наблюдала, как ускользающие узоры дыма медленно растворяются в ночной темноте.