– Предатели, – пробормотала я, нехотя приподнимаясь на локтях. Мои волосы упали на его лицо, и я невольно залюбовалась карими, теплыми глазами, в которых утонула. В памяти всплыл поцелуй в медпункте, и щеки мгновенно вспыхнули. Я села на кровати, сонно протирая глаза. – Эммм, вода заканчивается… Нужно что-то делать. Еды полно, а вот с водой беда…
– Нужно сходить в магазин, – от этих слов по телу пробежала ледяная дрожь. При одной мысли о тех тварях, что скрываются снаружи, хотелось провалиться сквозь землю.
– Я сам схожу.
– Ты серьезно думаешь, что я отпущу тебя одного? – возразила я, чувствуя, как страх сковывает сердце. – Даже не думай об этом. Да, я, может, и не могу прошибать мозги битой, как ты этим мертвецам, но четыре руки лучше, чем две.
– Тогда нужно собираться. И еще… было бы хорошо очистить этажи от зомби, если они там есть. Чтобы потом можно было возвращаться в подъезд, не боясь, что в лестничном проеме нас поджидает один из них.
– Ты прав, – его слова отозвались во мне болезненным уколом. Это было логично, необходимо сделать это раньше. Но тогда нам нужно было время, чтобы восстановиться. – Пойду соберусь.
Собравшись в спешке, я схватила рюкзак побольше, чтобы вместить драгоценную воду. Заплела тугой хвостик, словно пытаясь усмирить бурю, бушующую внутри. Встретившись с Марком в коридоре, я заметила биту в его руках, и невольная дрожь пробежала по телу. Моя защита… Схватив кухонный нож, ставший теперь моим верным, но таким жалким союзником, я вернулась к нему.
– Начнем с этажей? – спросил Марк, и его голос прозвучал непривычно глухо.
– Думаю, да, – ответила я, с жадностью надевая новые кроссовки. Какое счастье, наконец, ощутить на ногах нормальную обувь, а не разваливающиеся кеды, истерзанные школьными коридорами. Как они вообще выдержали этот путь? Чудо…
– Тогда отсюда и вверх?
– Да, держись позади, – Марк кивнул и коснулся замка. Легкий щелчок, и дрожь пронзила меня с головы до ног. Страх, ледяными пальцами сжимающий мышцы, заставил меня еще сильнее вцепиться в кухонный нож. Мы двигались, словно тени, стараясь не издать ни звука. Закрыв за собой дверь, осмотрели лестничный пролет и прислушались. Где-то вдали скрипело, но источник звука оставался неуловимым. Марк осторожно, медленно, начал подниматься, а я, словно его тень, следовала за ним, отчаянно пытаясь прикрыть наш тыл, чтобы никто не напал исподтишка.
С пятого по седьмой этаж царила мертвая тишина, лишь давящая, могильная пустота. Но скрип становился все отчетливее, все ближе, словно доносился с девятого этажа. Сердце бешено колотилось где-то в пятках, но я не могла струсить, не могла бросить Марка одного. На восьмом этаже мы замерли, пораженные ужасным зрелищем – труп… Зловонный, тошнотворный запах ударил в нос, заставив нас прикрыться рукавами ветровок, в отчаянной попытке вдохнуть хоть немного чистого воздуха.
– Не смотри, – прошептал Марк, но оторвать взгляд было невозможно. На полу лежало изуродованное тело мужчины, вывернутое наизнанку. Голова, отсеченная от тела, смотрела в пустоту. Тошнота подкатила к горлу, и, не выдержав, я скатилась вниз на пролет, где меня вырвало. Этот кошмар оказался выше моих сил. Спасибо судьбе, что мы не успели позавтракать.
– Ты как? – почувствовала я руку Марка на спине, ее легкое поглаживание, словно попытку утешить, успокоить.
– В порядке, сейчас, минутку, – прохрипела я, пытаясь отдышаться, но зловонный запах душил, каждый вздох вызывал новую волну тошноты.
– Я открою окно, здесь, – сказал Марк.
– Ага, и желательно на всех этажах, – пробормотала я в ответ. Марк распахнул окно, и свежий, прохладный воздух ворвался в легкие, принося долгожданное облегчение. Спустя несколько минут я взяла себя в руки. Кивнув Марку, мы двинулись дальше. Свежий воздух немного смягчил удушающую атмосферу лестничного пролета, но запах смерти все еще преследовал нас. Миновав труп, стараясь не смотреть на него, мы наконец добрались до девятого этажа. Скрип исходил от распахнутой входной двери, которая, раскачиваясь на ветру, издавала жуткие звуки. Это было небольшим облегчением – здесь, казалось, никого не было. Но почему дверь оказалась открытой?
– Мы серьезно туда пойдем? – спросила я, чувствуя, как страх вновь сковывает мое тело.
– Мы должны убедиться, – ответил Марк, крепче сжимая биту в руках, словно ища в ней опору. Мы медленно подошли к двери и заглянули в коридор. И снова зловонный запах ударил в нос, заставив нас отвернуться, зажимая рот и нос руками. Мы с Марком отчаянно пытались подавить рвотные позывы.