— Ты умеешь им пользоваться?
— Немного, — коротко кивнул Марк.
— И откуда ты знаешь?
— Тебе правда нужно это знать? — его мрачный голос заставил сердце бешено колотиться. Почему мне казалось, что он скрывает что-то? Отвернувшись, я продолжила раскладывать остатки еды.
— Я… играл в стрелялки. И в пейнтбол, — попытался он разрядить обстановку. Игра с разноцветными шариками… Но это же не настоящие пистолеты! И разве можно научиться обращаться с оружием, играя в стрелялки?
— Ладно, — я убрала последний пакет и обернулась. — Только в меня, пожалуйста, не стреляй.
— Зачем мне в тебя стрелять? — удивился он.
— Мало ли, на что ты пойдёшь, когда еда закончится… — вырвалось у меня.
— Я могу отдать его тебе, если ты боишься, что я тебя убью.
— Ты меня пугаешь, — прошептала я, и ледяной ужас стиснул сердце в комок. Марк поднялся, и каждый его шаг приближал не только его ко мне, но и тревогу. Я застыла, словно вкопанная, не в силах пошевелиться.
— Я никогда… слышишь? Никогда не причиню тебе боли, — его голос дрогнул, а между бровей залегла тень беспокойства. — Пожалуйста, не думай так больше, ладно? — Он коснулся моей ладони, и от этого мимолетного прикосновения по телу разлилось тепло, вспыхнуло маленькое пламя надежды. Я невольно потянулась навстречу этой ласке. Наши пальцы сплелись, и Марк, прильнув ко мне, положил подбородок на макушку. Я закрыла глаза, утонув в безопасности его объятий.
— Еды достаточно, но с водой придется экономить, — прошептала я, прислушиваясь к мерному стуку его сердца. Оно билось ровно и спокойно. Каждый удар отдавался уверенностью, согревая и меня.
***
Утро сковало холодом, и мы с Марком разошлись, каждый в свою комнату, погружаясь в одинокое забытье. А ведь рядом с ним сон приходил быстрее, окутывая теплом и уютом. Вчерашняя вылазка лишила его слов, оставив лишь тень усталости на лице. Долго ворочаясь в постели, я терзалась сомнениями: попроситься к нему? Но как это будет выглядеть? Боже, неужели я схожу с ума, думая об этом в разгар всего этого кошмара! Растягивая затекшие мышцы, я побрела на кухню, чтобы приготовить завтрак. Это не заняло много времени.
— Марк? Я приготовила завтрак, — постучавшись в его дверь, я, не дождавшись ответа, вошла внутрь. Замерла на пороге, невольно удивляясь. Марк… кажется, качал пресс? Зачем? Точнее… О, Боже, снова без футболки…
— Уже заканчиваю, — тяжело выдохнул он, сделав последнее усилие и поднимаясь с пола, — мне, конечно, льстит, что ты смотришь на меня таким взглядом.
— Каким? — мои брови взлетели вверх.
— Голодным, — усмешка тронула его губы, а я почувствовала, как уши начинают гореть.
— Неправда! — отвернувшись, я поспешно прикрыла дверь и быстрым шагом направилась на кухню. Кто же знал, что он занимается? Да еще и без футболки! Мамочки…
С грохотом поставив тарелки на стол, я старалась не смотреть в сторону двери. Сердце колотилось как бешеное, ладони вспотели. Ну почему он так влияет на меня? Почему я не могу просто относиться к нему как к другу, товарищу по несчастью? Ведь именно так и должно быть, разве нет? Но каждый раз, когда он рядом, когда я вижу его улыбку, слышу его голос, все мои рациональные мысли улетучиваются в одно мгновение.
Он вошел на кухню, и я почувствовала его взгляд на себе. Стараясь казаться невозмутимой, я села за стол и начала есть. Он сел напротив, его глаза изучали меня. Молчание повисло в воздухе, оно было настолько плотным, что казалось, его можно потрогать.
— Что-то случилось? — наконец спросил он, его голос был мягким и заботливым.
Я подняла глаза, наши взгляды встретились. В его глазах я увидела беспокойство и нежность. Ком в горле мешал мне говорить. Как я могу объяснить ему, что происходит со мной? Как я могу признаться, что он стал для меня чем-то большим, чем просто друг? Это невозможно. Это слишком рискованно.
— Нет, все в порядке, — прошептала я, отводя взгляд. — Просто устала. Вчерашний день был тяжелым.
Он ничего не ответил, но я знала, что он мне не поверил. Он слишком хорошо меня знает. И это пугает меня больше всего.
Целый день, словно вязкая патока, тянулся сквозь пальцы, а я, неприкаянная, бродила по комнатам, терзаясь вопросом: чем заполнить эту зияющую пустоту в мире, захваченном зомби-апокалипсисом? Выйти навстречу опасности, разведать обстановку? Сама мысль казалась нелепой. Или… попросить Марка? Чтобы научил меня хоть каким-то приемам самозащиты, чтобы не сидеть сложа руки, ожидая неминуемой гибели. Собравшись с духом, я подошла к двери и тихо постучала, наученная утренним опытом.