Выбрать главу

— Я вписал его в твой дневничок, — прозвучал его голос, словно эхо в наполненной тревогой тишине. Мой взгляд упал на маленький, потрепанный жизнью блокнот, где бережно хранились даты рождений всех дорогих мне людей. Сейчас же, в эту секунду, меня разрывало любопытство, граничащее с предчувствием чего-то невероятного.

Подойдя ближе, словно во сне, я открыла тетрадь и увидела запись, сделанную его рукой. Аккуратные, знакомые буквы складывались в дату… и она совпадала с моей. Мир вокруг померк. Сердце в груди забилось с такой силой, что казалось, вот-вот разорвет грудную клетку. «Не может быть!» — пронеслось в голове. Я перечитала запись снова и снова, отчаянно надеясь на ошибку, на то, что полумрак играет со мной злую шутку. Но нет, дата его рождения, словно огненным клеймом, врезалась в память.

— Ты родился в тот же день, что и я? — прошептала я, поднимая на него глаза, полные изумления и трепетной надежды.

— Это… — слова застряли в горле, а в сердце болезненно кольнуло осознание собственной оплошности. Он так тщательно готовился к моему дню рождения, а я… я даже не подумала о нем. Что я могла сделать для него взамен?

— Все нормально, не переживай, — мягко отозвался он, но мне было не легче.

— Нет… это как-то неправильно. Может… может, ты что-то хочешь? Только давай что-то не заоблачное, что я могла бы для тебя сделать, — пролепетала я, обернувшись к нему. Когда он успел подойти так близко? Его присутствие обжигало.

— Ну, танец тоже можно считать за подарок, — с усмешкой произнес Марк. — Мне этого мало, но то, что я хочу на самом деле, тебе вряд ли понравится.

Внутри меня снова вспыхнул ураган эмоций, уже не бабочки, а самые настоящие птеродактили. От волнения перехватило дыхание, когда его пальцы коснулись моих волос, осторожно убирая их с плеч. Его темный, пронзительный взгляд скользнул по моей шее, опаляя кожу, словно раскаленным клеймом.

— А что, если понравится? — выпалила я, и сердце бешено заколотилось в груди. Что я только что сказала? Его легкое прикосновение отозвалось нестерпимым жжением в месте касания, словно там вспыхнул огонь. Почему мое тело так странно реагирует на него? Каждый раз, когда он прикасается ко мне или просто стоит слишком близко, мое сердце готово вырваться из груди, а птеродактили в животе устраивают настоящий шабаш.

— Тогда я задам один единственный вопрос, Анастасия, — прошептал он. Боже, как красиво звучало мое полное имя в его устах. Я не любила, когда меня так называли, но от него это звучало как музыка.

— Я слушаю, — выдавила я из себя. Его лоб коснулся моего лба, а его дыхание с ментоловым ароматом сигарет смешалось с моим.

— То, что было в медпункте, тебе ведь понравилось? — он усмехнулся, и эта усмешка заставила кровь закипеть в моих венах. — Ведь я чертовски хочу повторить… и на этом не останавливаться.

В этот момент мое сердце, казалось, выпрыгнуло из груди и безвозвратно попало в его власть.

Притяжение


***


Его слова, словно ключом, открыли шлюзы моих потаенных желаний. Медпункт… воспоминания обжигающей близости, о нежности, переплетенной со страстью, вспыхнули в памяти с новой силой. Я не могла отрицать — мне понравилось. До безумия, до потери контроля над собой. И теперь, когда он стоял так близко, окутывая меня аурой опасности и притяжения, я понимала, что готова вновь окунуться в этот омут.

— Да, — прошептала я, и это признание прозвучало как клятва. Мое тело предательски дрожало, предвкушая его прикосновения. Я отчаянно нуждалась в них. Его рука, коснулась моей щеки, и нежная ласка заставила меня закрыть глаза от удовольствия. Я чувствовала, как его дыхание обжигает мою кожу, как учащается его пульс. Взгляд его темных глаз прожигал меня насквозь, и я тонула в этой бездонной глубине, теряя связь с реальностью. Все вокруг перестало существовать, остался только он — мой соблазн, моя погибель, моя неистовая потребность. Его прикосновение к моей щеке было подобно легкому дуновению ветра, но оно зажгло во мне пламя, пожирающее меня изнутри. Я жаждала большего, хотела ощутить всю силу его страсти, утонуть в его объятиях, забыть обо всем на свете. Этот миг казался вечностью, каждая секунда была наполнена трепетным ожиданием.