Выбрать главу

— Я согласна. Если честно, я давно мечтала свалить отсюда, но не могла… Точнее, не знала, как оставить всех. Может, уйдём все вместе? — предложила Катя. — Вместе мы сильнее. Да и держаться группой необходимо, так ведь легче?

— Кать, я не знаю…

— Я соберу всех в холле, и мы примем решение. Устроим общий сбор, — произнесла подруга, смотря на меня с какой-то робкой надеждой. А что я? Как будто я знаю, куда двигаться дальше… Я ведь сама разбита и сломлена. Я не знаю, что делать. И всё, что я сейчас могу, — это сидеть в этом чёртовом медпункте и оплакивать одноклассников… Боже, я всё ещё такая жалкая.

— Марк… Он… Я думаю, мы пойдём отдельно.

— Решим всё на сборе, ладно? Мы не будем осуждать, если вы снова захотите слиться, но мы будем очень обижены… — поднявшись, она поплелась к выходу. — И да, не морозь свои яичники, пожалуйста. Вернись в спальный корпус. — открыв дверь, она нос к носу столкнулась с Женей. — Оу, ты тоже в гости? Удачи! — покинув комнату, я уставилась на Женю, стоявшего в проходе. И почему-то мне казалось, что из этого разговора ничего хорошего не выйдет. Тяжёлая тишина давила на нас, и, казалось, мы не знали, что сказать друг другу. Старые друзья когда-то… А ведь раньше тем для разговоров было предостаточно.
— Катя устраивает сбор в холле, — нарушила я затянувшееся молчание.

— Я знал, что вы вернётесь.

— Тогда почему не сказал ребятам? — что же он за человек? Никак не могу понять. — Забудь. Честно, мне уже даже всё равно. Я устала, мне холодно, и единственное, чего я хочу, — это найти нормальное убежище и увидеть живыми своих родителей.

— Прости за всё… За всё, что наговорил, — почему-то от этих слов "прости" легче не становится.

– Если я скажу, что простила, ты оставишь меня в покое? – слова прозвучали хрипло, словно шепот из самой глубины души.

– Почему ты такая холодная? – в его голосе сквозило отчаяние, будто он искал тепло там, где осталась лишь ледяная пустота.

– Потому что мир сломался, Жень, и я ломаюсь вместе с ним. И если вы все не поймете этого, если не начнете меняться, бороться… ничего не получится. Просто ничего! – в моих словах звенела боль, обида за разбитые мечты и потерянные надежды.


– Ты думаешь, я не изменился?

– Ты изменился, но я не понимаю, как. В какую сторону? Я никому не могу доверять, Жень. Никому! Здесь каждый готов воткнуть нож в спину, предать ради собственного спасения. Я не знаю… Я ничего не знаю! Боже… Просто оставьте меня, прошу, – я отвернулась к окну, пытаясь спрятать слезы, бегущие по щекам.

– Прости, что не открыл дверь… – его слова обожгли, словно клеймо. Сердце болезненно сжалось, и что-то внутри надломилось окончательно. Я не имела права его винить. Он, как и все мы, всего лишь хочет выжить…

***

Мы стояли в затхлом холле спального корпуса, напротив – стол, словно алтарь назревающего конфликта. Эля, Катя и Женя – плечом к плечу, словно против невидимой стены. Эдик, Витя и Влад – напротив, нахохлившись, готовые к прыжку. Марк, за моей спиной, был тенью, наблюдающей за обреченными.

– Итак, все в сборе, – Катя вскинула подбородок, вызов брошен.

– И какого черта мы здесь торчим? – Эдик, с грохотом отодвинув стул, рухнул на него, обводя нас тяжелым, зеленым взглядом. В нем клокотала злость, отчаяние.

– Нужно обсудить план, – тихо произнесла я, надеясь погасить искру.

– Какой план? – встрепенулась Эля, в ее глазах – испуг и надежда.

– Что делать дальше, очевидно же, – огрызнулся Эдик.

– Ждать помощи! – в голосе Эли прозвучало отчаянное моление.

– Да никакой помощи, черт побери, не будет, хватит, Эль, скулить, – прорычал Эдик.

– Будет, нам просто нужно подождать, – упрямо повторила Эля, словно заклинание.

– Ты серьезно, блять?! Нас бомбят! Какая, на хрен, помощь? Оглянись, черноволосая дура! – взорвался Эдик.

– Успокойтесь! Чего вы завелись! – Катя ударила кулаком по столу, и на миг воцарилась вязкая тишина. Смешок Марка, холодный и отстраненный, заставил всех обернуться. Он смотрел на нас с высоты своего цинизма.

– Вы серьезно? Вы, блять, даже нормально коннектиться не можете, о каком выживании идет речь? – ледяным тоном произнес Марк. – Вы даже спокойно обсудить план не можете. Какое, на хрен, выживание?! – Марк вскинул руки вверх, в жесте бессилия. – Я пас. И, Настя, ты тоже.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– А давай ты не будешь решать за нее, – вступился Жека, до этого хранивший молчание.