– Кажется, я знаю, как согреться, – прошептала я, задыхаясь от волнения.
– Не дразнись, детка, иначе твои одноклассники узнают все подробности процесса, – промурлыкал он в ответ. Мои щеки вспыхнули, и я, смущенно рассмеявшись, прижалась к нему. В полумраке коридора я заметила удаляющуюся фигуру. Кто это был?
Прошлое
***
Среди ночи меня вырвало из сна – Марка не было рядом. Впрочем, ночью это назвать было сложно, рассвет уже крался за окно, робко окрашивая небо багряным, кровоточащим заревом. Протерев глаза, я огляделась. Эля и Женя еще спали, но остальные уже бодрствовали. Катя, склонившись, изучала карту, будто там таились ответы на все наши вопросы.
– Ты не видела Марка? – тихо спросила я, боясь нарушить хрупкую тишину.
- Кажется, он пошел в медпункт, хотел взять какие-то лекарства, – кивнула она, и я, словно сомнамбула, вышла из спальни, бредучи в туалет. Зеркало отразило лишь бледное подобие девушки. Если честно, я больше походила на зомби, и даже хуже тех, что рыскали возле школы. Схватив расческу, я кое-как заплела хвостик и умылась. Спасибо ребятам, с запасами воды у них все было в порядке. Приведя себя в подобие порядка и смыв остатки сна, я вышла из туалета и нос к носу столкнулась с Владом. Он возвышался надо мной, почти на две головы, длинный, худой, с темными, карими глазами, которые скользнули по мне взглядом, словно я была грязью под ногтями.
– Извини, – прошептала я, пытаясь проскользнуть мимо, но он схватил меня за рукав куртки. Его хватка была мертвой.
– Не доверяй Марку, – выпалил он, и по коже пробежала ледяная волна.
– Это не твое дело, кому я доверяю, а кому нет, – огрызнулась я, пытаясь вырвать руку, но он лишь сильнее сжал, заставляя смотреть в его лицо. Его волосы были растрепаны, торчали во все стороны, сонные глаза, будто он только что проснулся от кошмара.
– Ты его не знаешь.
– А ты знаешь? – тут же отрезала я, в душе поднималась буря.
– Вполне, и поверь, он не из хороших.
– А кто в этом мире сейчас хороший, а? – я снова дернулась, но он так же крепко держал меня за локоть. – Отпусти.
– Ты хоть знаешь, кто он такой? Что он вытворял до всего этого? А ты еще, как дурочка, бегаешь за ним…
– О чем ты?
– О том, что он не такой хороший, каким кажется.
– Откуда тебе знать?
– Пересекались в компании, – он наклонился к моему лицу и заглянул прямо в душу своими медовыми, карими глазами. Если у Марка они были словно бездонная тьма, то у Влада в них можно было заметить проблески зеленой радужки, что придавало взгляду более светлый оттенок. – Лучше спроси, почему его в тюрягу не засадили? Или спроси, какой он кайф получал от наркотиков, – усмехнулся он, и по телу пробежали тысячи ледяных игл, словно в меня впустили яд, отравляющий самое сердце.
– Ты несешь какой-то бред…
– А ты спроси, – я снова дернула руку, и наконец Влад отпустил меня. Я отшатнулась, потерянно потирая локоть, который неприятно ныл.
– Мне больше интересно, это ты сеешь раздор в наших рядах? Так же Эдику шепчешь, кто тут плохой, а кто тут хороший, и с кем дружить, а с кем нет?
– Он сам выбирает, с кем дружить, и ничего я не сею. Я просто знаю, что Марк не тот, кем кажется. И тебе стоит присмотреться получше, – он скрылся в мужском туалете, и сердце болезненно сжалось в груди. Почему он мне это сказал? Что скрывается за этими словами, за его предостережением? Что мне теперь делать с этим знанием, как жить дальше, зная, что все может быть не тем, чем кажется?
Идя по коридору, словно по краю пропасти, я направлялась в медпункт, пока не врезалась взглядом в Женю. Он стоял у окна, так близко к решетке, за которой извивались руки зомби, тянущиеся к нему в голодном порыве. Казалось, до него оставался лишь жалкий миллиметр, а может, и того меньше. Его пустые, зелёные глаза изучали их, словно в этих мертвых конечностях таилась какая-то непостижимая загадка. Сердце подпрыгнуло к горлу, когда один из зомби задел его куртку. Но Женя не шелохнулся, словно погрузился в вакуум, отгородившись от реальности. Что с ним происходит?
– Жень? – позвала я одноклассника, и он вздрогнул, отпрянув от рук зомби на пару шагов. Его взгляд сфокусировался на мне, и я, склонив голову набок, спросила: – Что ты делал? – Женя лишь спрятал руки в карманы куртки и отвернулся.
– Пытался понять, насколько сильно эти твари хотят жрать. Представляешь, видя перед собой еду, они готовы ломать себе кости, лишь бы пролезть между решеток. Лишь бы достать её, – по коже пробежал ледяной озноб, и я вздрогнула, пытаясь стряхнуть с себя это ощущение. – Это жажда жизни? Они готовы на всё, чтобы утолить голод? Или это просто тупость?