Выбрать главу

Его рука скользнула по моей талии, нагло пробралась под футболку, опаляя теплом мою ледяную кожу.

— Ты такая холодная.

— Я всегда холодная. Но мне не холодно, — Марк переплел наши ноги, прижался спиной к моей спине и начал нежно перебирать мои волосы. — У нас ведь получится? — страх, глубоко затаившийся в сознании, не давал покоя. Каждый раз в голове проносились самые мрачные картины. Всегда что-то могло пойти не так.

— Я не могу ничего обещать. Ведь все зависит не только от меня, — почувствовала, как он уткнулся лицом мне в шею и выдохнул. — Не хочу давать обещания, которые не смогу сдержать.

— Хорошо. Тогда просто пообещай выжить. Даже если с нами всеми что-то случится, — его рука резко сжала мою талию, и я невольно вскрикнула.

— Спи, блин. И перестань думать о плохом, — он крепче обнял меня, и тишина наполнилась лишь мерным тиканьем часов в коридоре и приглушенным шепотом ребят, дежуривших снаружи, разгоняя тьму. Завтра нас ждет тяжелый день.


***

С первыми лучами солнца Марк бесцеремонно вырвал меня из цепких объятий сна, словно украв последние крохи покоя. Встав с кровати, я плеснула в лицо ледяную воду, надеясь хоть немного прогнать остатки дремоты. В нашей компании царила такая погребальная тишина, что даже неугомонный Эдик молчал. Он, чей язык всегда был острее бритвы, не обронил ни единого колкого слова. Все замерли в напряженном ожидании, предвкушая нашу вылазку. Проверив рюкзак, убедившись, что все необходимое на месте, я спустилась в холл, к этой зловещей, железно-серой двери. Они ждали. Не меня, нет. Ждали смерти, подстерегающей снаружи. Катя выглядела на удивление бодрой, словно кошмары обходили ее стороной, словно она вообще не ведала страха, глядя в лицо надвигающемуся ужасу. Жека, напротив, был сонным и растрепанным, будто провел всю ночь в лихорадке бессонницы. Эдик, как всегда, во всеоружии, с битой наперевес, стоял у двери, жадно затягиваясь сигаретой вместе с Витей и Владом, которые, хоть и были напряжены, но сохраняли видимость готовности. А вот Эля… Эля была бледна, как полотно, казалось, вот-вот разрыдается от неотступной паники. Марк молча кивнул мне и решительно направился к двери. Все насторожились, словно готовые немедленно вступить в бой, несмотря на то, что крыльцо школы было предательски пустым. Ни единого зомби, будто сама судьба велела нам двинуться в путь именно сейчас.

— Ну что, вперед? — произнес Марк скорее утвердительно, чем вопросительно, и начал открывать дверь. Позади послышался приглушенный всхлип.

— Нет, я не могу… — прозвучал полный отчаяния голос Эли. Обернувшись, я увидела, как ее била дрожь, словно в жестокой лихорадке, от которой мурашки пробежали и по моей коже. — Я не могу, не могу… — повторяла она, словно мантру, пятясь назад и врезаясь в стену. Ее карие, медовые глаза с ужасом смотрели на дверь, словно это был не выход наружу, а вход в преисподнюю, в самое пекло ада. Хотя, возможно, так оно и было.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Эй, все нормально, Эль? — тут же Катя, наша староста, бросилась к ней, пытаясь успокоить. В груди у меня болезненно защемило. Страх? Жалость? Или что-то еще, неведомое мне? Катя гладила ее по спине и плечам, но дрожь не проходила, а слова «я не могу» продолжали звучать, как бред сумасшедшей.

— Начинается, — закатил глаза Эдик. — Харе, блин, истерики закатывать, вы серьезно, что за…

— Эдик, — прервала я его, зная, как он ненавидит, когда ему не дают договорить. Но сейчас было не до его грубостей. Он замолчал, брови нахмурились, глаза потемнели от злости, но он молчал, сверля меня взглядом. Подойдя к Эле, я взглянула на нее. Выглядела она ужасно, если честно. Я никогда не видела ее в таком состоянии. Она всегда была первой красавицей школы, всегда с идеальным макияжем, маникюром и дорогим парфюмом. А сейчас от нее несло потом, тушь комками запеклась на ее длинных ресницах, срок годности которой, видимо, давно истек. Темные круги под глазами, обветренные губы…

— Эль, — я коснулась ее рук, сжала их в своих и почувствовала, как они ледяные. Такие же холодные, как и мои. Ее глаза были полны дикого ужаса. — Эль, посмотри на меня. — Вокруг все затихло. — Ты справишься, мы все справимся, — заверила я, стараясь изо всех сил согреть ее ледяные руки в своих. Я буквально ощущала ее животный страх. — Ты сильная, Эль, я знаю, что тебе страшно, мне тоже было страшно, когда я впервые оказалась там, среди этих тварей. Но не забывай, ты в центре, мы прикроем тебя, и ничего не бойся. Никто из нас тебя не оставит, я обещаю, Эль.