— Прости еще раз, — тихо проговорила Эля, натягивая колготки. — Если бы я не затормозила тебя…
— Все обошлось, все хорошо, — отозвалась я, и собственный голос показался чужим. Боже, раньше я бы рыдала, захлебываясь от ужаса. А сейчас… будто привыкла? Нет, внутри все равно клокотала боль, мне тоже хотелось выть, но я понимала, что слезы бесполезны, что они не спасли бы мою жизнь.
— Спасибо за вещи, — Катя куталась в огромный мужской пуховик отца, и я лишь кивнула, не в силах выдавить ни слова. Здесь оставалось еще несколько курток, и я, взяв их в руки, решила отнести ребятам. Они сидели на кухне, жадно припадая к воде, заглушая голод сухой лапшой. Марка среди них не было.
— Что дальше?
— Нужно переждать, пока зомби разойдутся, переночуем здесь, а завтра двинемся дальше по плану,
— сказал Марк, внезапно возникнув за моей спиной, словно зловещая тень. Растрепанный, с пятнами крови на куртке, он казался воплощением кошмара.
— Окей, — пробормотала я, чувствуя, как на меня устремляются взгляды ребят. Тишина давила на уши. Ах, да… нужно всех как-то разместить.
— Тогда мы с девчонками подумаем, как вас всех распределить в квартире. Может, кому-то придется спать на полу, но у нас много теплых простыней.
Я поспешно отступила, оставляя мальчишек наедине. Мне показалось, или Марк на что-то зол?
Мы с девочками постелили матрас на пол и укрыли его всеми теплыми одеялами, какие только смогли найти в моих шкафах. Разбитые окна занавесили тряпками, создавая подобие уюта, даря хоть немного тепла. Все же лучше, чем ничего. Комнат у меня было всего две. В родительской комнате я поселила Катю, Владика, Элю и Эдика. А остальным пришлось ютиться в моей комнате, располагаясь кто на кровати, кто на полу, на импровизированной постели.
— Мне кажется, Марк на меня злится, — прошептала я, сидя на кухне, пока мы с девчонками готовили чай. Боже, газ еще работал, можно было согреться. Мальчишки бесцельно бродили по дому, таская мои вещи и спрашивая разрешения взять то одно, то другое. В конце концов, нам пришлось закрыться на кухне, чтобы хоть немного побыть в тишине.
— Вы вместе? — допытывалась Катя, пока Эля наливала кипяток в кружки и заваривала лапшу. Катя помогала добавлять тушенку прямо туда, считая, что мальчишкам мясо нужнее.
— Эм… нет, — я опустила голову. — Точнее, не знаю.
— Ну вы же целовались! — оживилась Эля, проронив, наконец, хоть пару слов. Черт, я совсем забыла, что она видела нас в медпункте.
— Да, но… — я хмуро взглянула на свои ногти. Боже, они выглядели хуже, чем у зомби. Отросшие, с ободранной кутикулой, истерзанные нервами.
— Он скорее злится на себя, что не прикрыл тебя, — пожала плечами Катя.
— Но он не должен был. Он не знал, не мог предположить. Это глупо, — фыркнула я.
— Мальчишки такие, — Эля поставила чайник на плиту. — Он переживал. Когда ты упала, и на тебя напал ходячий, он хотел рвануть туда немедленно, но Эдик его остановил.
— Эдик? Зачем?
— Он сказал что-то вроде «выживает сильнейший», в его стиле, не правда ли? А может, назло тебе.
— Действительно… Он же желает мне смерти, — от собственных слов меня пробрала дрожь.
— Да успокойся, никто никому не желает смерти, — Катя присела рядом со мной и взяла мои ладони в свои. — Не знаю, что между тобой и Марком, но я думаю, он винит себя и злится, вот и все. Не обращай внимания и дай ему отойти.
— Ага, еще скажи, что до нее далеко было бежать, — закатила глаза Эля и, наконец, поставила чайник на плиту. — Марк, конечно, красавчик, но он странный. Я бы трахнула его, но он слишком зазнался. Считает себя главным, но не он тут главный…
— У нас нет главных, — резко оборвала я ее монолог. — Никто не будет лидером, они нам не нужны. И он не считает себя главным, и никогда не считал.
— О, как защищаешь милашку, что ж, значит, ты втюрилась.
— Прекратите…
— Слушай, раз такая умная…
— Да чего ты кипятишься сразу? Я знаю, что вам лидер не нужен, никому не нужен. А мне он нужен! Мне нужен тот, кто сильный, я буду следовать за ним. Как сегодня за Владом. Он привел меня в чувства и не дал мне умереть, черт тебя дери!
— Если хочешь лидера в группе, сама стань им, — я скрестила руки на груди, не отводя взгляд от нее. Эля замешкалась.
— Забей, — тихо бросила она. — Я извинилась и извинюсь еще тысячи раз, но останусь при своем мнении. Нам нужен лидер, который будет решать все вопросы. И который будет вести группу. Не хотите выбирать, мне пофигу. Я хочу выбраться из этого убогого города или просто найти убежище, чтобы меня никто не трогал. А насчет Марка, извини, Насть, но он мутный.