Мы втроем замерли как по команде.
— Там кто-то есть? — нахмурилась я.
Кому вздумалось буянить в секционной?
— Когда я уходил, никого не было, — немного растерянно ответил судмед. — Наверное, один из санитаров пришел.
Подойдя к двери, он дернул за ручку.
— Заперто, — еще больше растерялся мужчина. — Изнутри что ли закрылись?
Вытащил ключ, открыл замок и распахнул створку, обдавая нас прохладой с отчетливым запахом формалина.
Ступив внутрь, я огляделась. Длинное помещение казалось спокойным и совершенно безлюдным. Ряды холодильников у стен, чисто вымытые секционные столы под лампами, шкафы с инструментарием. Тихо, холодно и пусто. Как в любом приличном морге.
— Эй, а это что такое? — возмущенно воскликнул Герн.
Обернулась и увидела, что он стоит у одного из холодильников в углу. Его дверца была распахнута настежь, а пустая полка выдвинута.
— Что-то не так? — спросила я.
— Это холодильник убитого аптекаря Кронберга, — мужчина негодующе указал пальцем на подпись на дверце. — Без всяких признаков самого Кронберга.
— У вас что, украли тело? — произнесла мрачно.
Дело принимало очень нехороший оборот. Улики, документы, тела в морге были тем, что никогда не должно покидать стен моего Управления, пока они важны для следствия. А если кто-то умудрился пробраться сюда и свистнуть, например, не маленький носовой платочек со следами крови, а целый труп, это было просто катастрофой. И для меня лично, и для всего Управления.
— Эй, тут кто-то есть, — раздался голос Троя Мелвина. — Прячется под каталкой.
Развернулась к Мелвину. Тот медленно подходил к стоящей в углу каталке, с которой свисала простыня. Я недоуменно нахмурилась, глядя, как она колышется, явно показывая, что за ней кто-то сидит. Неужели грабитель?
Но как же я ошиблась.
Дальнейшие события превратились в какой-то хаос.
Рывок простыни — и на парня с хрипом бросается тот, кто скрывается за ней. Мелвин испуганно замирает, а я на каких-то рефлексах, вбитых в меня во время службы на южных границах, успеваю сплести сеть и выдернуть его из-под удара. И еще не сумев ничего толком понять и осознать до конца, замираю в боевой стойке, не спуская глаз с неожиданного врага.
То, что для меня будто заняло не одну минуту, на самом деле длилось едва ли с десяток секунд.
— Твою мать, — выругался упавший на пол парень, а тварь, упустившая добычу, прыгнула на секционный стол и зашипела.
Тварь, другого слова у меня не подбиралось, была уже очень отдаленно похожа на аптекаря, которого я увидела на полу его аптеки. Кожа стала какой-то бело-серой и покрылась трупными пятнами. На ней отчетливо выделялись и синяки от пальцев душителя, и царапины на лице, и грубый шов от Y-образного секционного разреза. Уши словно атрофировались и прижались к голове, а пальцы, наоборот, вытянулись, обзаведясь длинными черными когтями
Аптекарь снова зашипел, демонстрируя клыки, а его заплывшие глаза слепо зашарили по пространству зала. Ноздри раздулись, выискивая запах жертв. Наш запах, принадлежащий живым.
Нежить. Равк. То, о чем я только читала в книгах. И чего надеялась никогда в своей жизни не встретить. Духи, за что мне это?
— Мелвин, Герн, пошли вон отсюда! — крикнула, сплетая плоский щит.
Тварь бросилась на голос, но впечаталась в энергетические линии щита, которые слабо светились в воздухе, и обиженно взвыла.
Только бы не дать ей выбраться отсюда. Хорошо, что дверь за моей спиной, а другого выхода из зала нет. Но духи-покровители, как же нежить уничтожить?
— Шеф Райс… — вякнул подчиненный.
— Пошли вон, я сказала, — рявкнула громко. — И дверь заприте!
Ни Мелвин, ни Герн плетельщиками не были, а значит, становились особенно уязвимы. И поэтому сейчас я закрывала их собой, искренне надеясь, что удастся выстоять в одиночку. Или что покровители сжалятся, и пошлют кого-нибудь, кто разбирается в не-мертвых.
Судмед послушался, шустро бросившись в коридор, а Мелвин так и маячил бестолково за моей спиной.
— Мелвин, это приказ!
Тварь снова кинулась на щит. Я изловчилась, сплела парализатор и швырнула в нежить. Но мертвец даже не почесался. Плетение просто впиталась в его кожу, не причинив никакого существенно ущерба.
Мелвин изо всех сил толкнул каталку. Та с грохотом прокатилась по кафелю и сбила равка с ног. Я добавила «тараном», от чего у твари что-то противно хрустнуло внутри.