— И Мурано согласился.
— Да. Тем более, что ему не нужно было даже возиться с пленниками. Они прибывали на корабль уже в одурманенном состоянии и весь рейс не подавали никаких признаков жизни. Поэтому здесь, в Эрнефъялле, капитану следовало просто не мешать выгрузке.
— Кто их забирал?
— Он не знает. Видел только, как пленников грузили на небольшой катер, который потом уплыл куда-то на север. Я там прогулялся и нашел похожий катер у одной из частных пристаней в северной части города. Пристань сдана в аренду неизвестному лицу. Сейчас выясняем, кому именно.
— И когда ты все это успел? — изумилась я.
— Вечером допросил, утром отправился на берег, — пожал плечами мужчина. — Потом сразу оттуда на квартиру Остаэри.
— Но я видела свет в твоих окнах, — прищурилась подозрительно. — Он горел как раз тогда, когда я сама собиралась на работу.
— Заметила? — хитро улыбнулся Раэн, и мне стало неловко. — Я установил у себя в номере кое-что. Оно зажигает лампы, даже когда меня там нет. Чтобы наблюдатели, если таковые имеются, не подозревали, что я постоянно где-то шляюсь.
— Хитро.
— Три года в разведшколе.
— Значит, Мурано уже не первый раз привозил людей?
— Да. Всего он совершил три ходки и перевез почти сто человек.
Я присвистнула.
— Духи, зачем им столько народу? Все подопытные? Или… или материал для создания нежити?
— Узнаем, — произнес Раэн уверенно.
— Мне кажется, чего-то не хватает. Единого элемента, который бы собрал все эти ниточки в единую картину.
— Мы уже хорошо продвинулись. Но сейчас главное — разобраться с твоей проблемой.
— Надеюсь, у тебя получится, — пробормотала я тихо.
После обеда он снова завалился на диван и, не слушая вялых протестов, усадил меня к себе на колени. Тут же к нам заполз кот, приткнулся к мужскому боку и заурчал. А Раэн тихо заговорил. Он рассказывал мне об эльфах и инчах, о плавании на далекие острова Руфу, что чуть не стоило ему жизни, о смешных и нелепых случаях, с которыми ему доводилось сталкиваться во время службы. А я просто слушала, расслабленно прижавшись к его груди и наслаждаясь этой удивительной безмятежностью. Пока не ощутила, как начали слипаться глаза.
— Действие стимулятора заканчивается, — пробормотала, старясь скрыть дрожь в голосе.
— Понял, — ответил мужчина и вместе со мной поднялся с дивана.
Отнес в спальню и поставил возле шкафа.
— Переодевайся. Подожду за дверью.
Он вышел, а я быстро влезла в любимую пижаму, благо, что штаны и сорочка не выглядели слишком фривольно. Потом открыла дверь спальни, собираясь впустить мужчину, и подавилась воздухом. Он тоже умудрился переодеться в домашнее. С собой у него точно ничего не было, значит, ходил в гостиницу прямо отсюда. Духи, никак не привыкну к этим его способностям.
— Шустро ты, — пробормотала тихо.
— Еще в армии научился быстро переодеваться.
Он ободряюще улыбнулся. А его взгляд скользнул по изгибам моего тела. И пусть пижама больше прятала, чем открывала, я ощутила себя голой.
— Что мне делать? — спросила, отворачиваясь, чтобы не ни в коем случае не смутиться.
— Просто ложись и попытайся уснуть.
Прерывисто вздохнула и забралась под одеяло. Раэн погасил весь свет, оставив только самый бледный ночник, потом склонился ко мне.
— Ничего не бойся, — прошептал он, целуя меня в висок. — Я рядом.
И я поверила.
И погрузилась в новый кошмар.
Раскаленный воздух ударил в лицо, обжигая губы и горло. Яркий свет больно резанул по глазам. Я приложила ладонь ко лбу, чтобы защитить их, и обомлела. Пустыня, огромная песчаная пустыня окружала меня со всех сторон.
— Только не это, — выдавила, холодея. — Только не это…
Но пустыня была. Невыносимо реальная и враждебная. Солнце жарило, будто стараясь выжечь все живое вокруг, по лицу и спине потек пот, а ноги проваливались в песок. Это она. То самое песчаное царство, которое я ненавижу самой лютой ненавистью. И вот я снова здесь. Это совсем нехорошо. Нужно срочно проснуться, нужно…
— Ирия…
Поздно…
Обернулась на тихий, будто шелест ветра, оклик и беспомощно всхлипнула. Он стоял метрах в десяти от меня. Мужчина, высокий, загорелый, с длинными темно-рыжими волосами, забранными в хвост. А тонкие косички на висках были перехвачены узорчатыми шнурками. Которые я сама когда-то для него плела.