Нет. Рисковать нельзя. Нужно было пройти мимо нее. Пройти и выбраться из этого тупикового ответвления лабиринта.
Я остановился в десяти метрах от нее. Сердце снова забилось в горле.
— Эй, — мой голос прозвучал жалко и тихо. — Я здесь.
Фигура не шелохнулась.
— Я сказал, я здесь! — крикнул я громче, и голос сорвался.
Она медленно, с тем же отвратительным, царапающим скрежетом, начала поворачиваться. Не как человек. Она поворачивалась всем телом, как башня танка. Ее ноги не двигались, только корпус вращался на невидимой оси.
Скре-е-ежет…
Вот показалось ее плечо.
Скре-е-ежет…
Вот ее улыбающаяся морда.
И вот ее пустые, черные, мертвые глаза уставились прямо на меня.
Она остановилась.
Мы стояли друг напротив друга на разных концах коридора. Между нами — десять метров звенящей, наэлектризованной тишины. Началось.
«Если хочешь выжить — смотри на них.»
Я впился в нее взглядом. Я заставил себя разглядывать каждую деталь. Трещинки на пластике, грязные пятна на искусственном мехе, нелепый желудь, который она держала в лапах. Я изучал ее, как ученый изучает подопытное насекомое. Лишь бы не отводить взгляд. Лишь бы не моргать.
А потом я сделал шаг.
Назад.
Я не мог идти вперед, мимо нее. Она была слишком близко. Единственный путь — отступать. Пятиться, как рак, уводя ее за собой из этого тупика к тому перекрестку, где я мог бы выбрать другой путь.
Я сделал шаг назад. Она не сдвинулась.
Я сделал еще один. Она стояла как вкопанная.
Правило работало.
— Так, да? — прошептал я, и на моих губах появилась кривая, истерическая усмешка. — Тебе нравятся гляделки? Ну давай. Поиграем.
Начался самый долгий и мучительный танец в моей жизни.
Шаг назад. Замереть. Вздох. Еще шаг назад.
Я пятился, не отрывая взгляда от ее пластиковых глаз. В них не было ничего. Ни злости, ни разума. Только бесконечная, черная пустота. И от этой пустоты становилось страшнее, чем от любого хищного оскала. Она была просто механизмом. Вещью. Которая почему-то хотела меня достать.
Глаза начало жечь. Они требовали влаги. Требовали закрыться хотя бы на долю секунды.
— Не моргай, — приказал я сам себе. — Не смей моргать, идиот.
Я пытался моргать поочередно. Сначала левым глазом, потом правым. Получалось плохо. Картинка смазывалась, я боялся потерять ее из виду.
Коридор казался бесконечным. Десять метров превратились в километр. Двадцать. Я отступал, а она просто стояла и смотрела, как неподвижный, уродливый идол, которому я приносил в жертву свое здравомыслие.
Моя нога зацепилась за что-то. Я качнулся, потеряв равновесие. Паника ударила под дых. Я взмахнул руками, пытаясь удержаться на ногах. Взгляд соскользнул с ее лица на пол, всего на мгновение.
Я услышал его.
Скрежет. Короткий, резкий.
Когда я снова сфокусировал на ней взгляд, она была на метр ближе.
— Чëрт, — выдохнул я.
Она воспользовалась моей ошибкой. Одной крошечной ошибкой. Она сократила дистанцию.
Теперь между нами было метров восемь.
— Больше я тебе такого шанса не дам, — прорычал я, чувствуя, как по виску стекает капля пота.
Я продолжил отступать. Медленнее. Осторожнее. Я шарил ногой по полу позади себя, прежде чем сделать шаг. Я больше не имел права на ошибку.
Мышцы спины и ног горели от непривычного напряжения. Глаза слезились так, что ее фигура начала расплываться в цветное пятно. Я тряс головой, пытаясь смахнуть слезы, не закрывая век.
— Сколько еще? — шептал я. — Где этот чертов перекресток?
Мне казалось, прошла вечность. Часы на руке, которые я боялся проверить, наверняка отсчитали уже несколько часов. Но я знал, что прошло не больше нескольких минут.
И вот наконец спиной я почувствовал пустоту. Я дошел. Перекресток. Тот самый, где было три коридора.
Я стоял на пересечении путей. Прямо передо мной, в восьми метрах, стояла она. Слева и справа от меня уходили в темноту два одинаковых коридора. Мой шанс на спасение.
Но как им воспользоваться?
Чтобы побежать в один из них, мне нужно было повернуться. А чтобы повернуться, мне нужно было отвести от нее взгляд.
И за эту секунду она окажется рядом. Она снова коснется меня своей ледяной лапой. И я не был уверен, что смогу оттолкнуть ее во второй раз.
Что делать? Просто пятиться дальше, в коридор за моей спиной? Но я не знал, куда он ведет. Может, там тоже тупик.
Нет. Нужно было рисковать.
Я должен был быть быстрее нее.
У меня будет одно мгновение. Одна секунда темноты, пока я поворачиваюсь. За эту секунду она рванется вперед. Но я уже буду бежать.