Тирен, словно только сейчас заметил, насколько близко мы сидели, отшатнулся от меня, как первоклассник. Его грудь все еще тяжело вздымалась, а в черных глазах, обычно холодных и собранных, плескался первобытный хаос. Мне стоило титанических усилий сохранить невозмутимое выражение лица, хотя губы так и норовили расплыться в ехидной ухмылке. Но сейчас на кону стояло нечто большее, чем моя неудовлетворенная похоть.
— Соберись, — шепнула я, разглаживая невидимые складки на платье. — Нужно поймать Галаю.
Покровительница Обители не стала задерживаться. Окруженная свитой из молчаливых послушников, она величественно плыла к боковому выходу, ведущему в закрытую секцию. Ее одеяния из живой синтетической ткани меняли цвет с глубокого индиго на черный, вторя ритму ее шагов.
Я схватила Тирена за руку, выдергивая его из ступора, и мы двинулись наперерез, лавируя между приходящими в себя людьми.
— Галая! — окликнула я, когда до тяжелых кованых дверей оставалось всего пара метров.
Послушники мгновенно преградили нам путь. Тирен напрягся, его рука инстинктивно скользнула к поясу, где под пиджаком прятался бластер.
— Спокойно, — я сжала его предплечье и шагнула вперед. — Госпожа Тиберсон не откажет старой знакомой в паре минут внимания.
Галая остановилась и медленно обернулась. Ее лицо, наполовину скрытое золотой ритуальной маской, не выражало никаких эмоций, но единственный видимый глаз — модифицированный, с алым светящимся зрачком — впился в меня, сканируя, словно товар на полке.
— Сайра, — ее металлический голос, как всегда, звучал странно, словно она была и не человеком вовсе. — Ты редко радуешь Обитель своим присутствием. Неужели грехи стали слишком тяжелы?
Я едва не закатила глаза. Чертовы фанатики будут учить меня жизни?
Галая сделала жест рукой, и послушники расступились, пропуская нас.
— Мои грехи — это мое богатство, Галая, — улыбнулась я своей самой обворожительной улыбкой. — Я здесь по делу.
— Обитель открыта для всех, но мои покои — лишь для избранных, — она смерила меня оценивающим взглядом. — Идем.
Мы прошли за ней в просторную комнату, уставленную древними артефактами вперемешку с передовыми серверами. Контраст между мистикой и технологиями здесь ощущался еще острее, чем в главном зале. Галая опустилась в кресло, напоминающее трон, и сняла маску. Под ней оказалось красивое, но жесткое лицо женщины, которая видела слишком много смертей и нечестных сделок.
— Кто твой спутник? — кивнула она на Тирена, который застыл у входа, сканируя помещение взглядом профессионального ищейки.
— Новый друг. Но мы здесь не для знакомства. Мне нужны списки, Галая.
— Списки? — она изогнула черную бровь.
— Списки с твоего грузового крейсера, на котором затесались беженцы. Мне нужны данные тех, кто сошел на землю не через официальный терминал.
Тирен шагнул ближе, его присутствие стало давящим, угрожающим, но Галая даже не моргнула. Она рассмеялась сухим, трескучим смехом.
— Ты просишь меня нарушить первый закон контрабандиста — конфиденциальность. Зачем мне это? Ты знаешь, сколько стоит моя репутация?
— Я знаю, сколько стоит твое молчание, — парировала я. — Но я также знаю, что Империя сейчас очень нервничает. И если они узнают, что ты покрываешь государственных преступников, твоя Обитель превратится в груду камней раньше, чем ты успеешь помолиться Двуликим.
— Угрозы? — ее глаза сузились. — Это скучно.
Я подошла ближе, опираясь руками о ее массивный стол из черного дерева.
— Просто назови цену.
Галая лениво постучала пальцем по подбородку и сделала вид, что задумалась. Хотя я знала, у таких женщин всегда был план, какое условие поставить нужному человеку.
— В последнее время я интересуюсь нейро-стимуляторами и хочу расширить свою базу поставщиков. Слышала, жители шестого сектора — частые гости в Эфлектуме. Почему бы тебе не устроить одну из своих знаменитых закрытых вечеринок, где мы с ними случайно пересечемся?
— Идет, — легко согласилась я. — Через три дня я соберу нужных людей.
— Значит через три дня списки будут в твоем коммуникаторе.
— Они нужны мне сейчас.
— А мне нужны гарантии, — отмахнулась Галая.
— Мое слово — гарантия. У меня тоже есть репутация, насколько ты знаешь.
Жрица несколько секунд сверлила меня взглядом, взвешивая выгоду. В итоге алчность в ее глазах победила осторожность.
— Хорошо, — она коснулась сенсорной панели на столе. Воздух над столешницей задрожал, и перед нами развернулась голограмма со списком имен и биометрических данных. — «Тень Ариуса» перевозила в основном оборудование для шахт. Но в трюме было три незарегистрированных пассажира.