«Тома!» — не в силах оторвать взгляд от кружащих в воздухе перьев, отчаянно заорал Барков.
Никакого мысленного ответа не последовало.
«Сдохни, тварь!» — Саша снова поднял огнемет и сделал несколько шагов к сфере.
Черный шар завращался быстрее, а затем начал равномерно пульсировать, увеличиваясь на треть диаметра и возвращаясь к исходным размерам.
«Александр, вниз! — перекрывая его вопль, рявкнул Одиночка. — У него хватит сил еще на одну попытку! Уходите!»
«Я сожгу эту мразь!»
«Вниз!» — Одиночка грубо схватил Баркова за ворот и потащил под прикрытие ближайшей глыбы.
«Отпустите меня! — отмахнуться Саше мешали баллоны с горючей смесью. — Я убью этого скота!»
«Ты что, слепой?! — Одиночка развернул Баркова к себе лицом. — Смотри на меня и слушай!»
Так близко Саша не видел его еще ни разу. Баркову почему-то показалось, что виртуальный товарищ по оружию похож на Владислава. Наверное, этот факт заставил Сашу немного остыть и сосредоточиться на словах Одиночки.
«Я…»
«Ты в гневе, носитель „Сокола“, я понимаю. Но сейчас тебе лучше уйти! Прототип Главного погибает, мы добились своего, но его агония может погубить и нас! Если это произойдет, мы проиграем, понимаешь?!»
«Да».
«Тогда иди!»
«А вы?»
«А я закончу начатое».
«Мы должны уйти вместе!»
«Вопрос решен! — отрезал Одиночка. — Ты ведь хочешь не просто уничтожить Главного, тебе важно остановить экспансию Системы, верно?»
«Для этого нужен код…»
«Я добуду его. А заодно сделаю так, чтобы агония Прототипа Главного не обернулась бедой для всей виртуальности. Я знаю, как сделать и то, и другое, поверь мне. А теперь иди. Беги!»
«Как вы передадите мне код?»
«У меня ведь тоже будет время для агонии, — Одиночка грустно усмехнулся. — Я успею связаться с тобой. Беги, сынок. Беги, не оглядываясь. Теперь все в твоих руках…»
Саша нехотя сбросил тяжелый ранец огнемета и поковылял вниз. Оглядываться ему и не требовалось. Он и так знал, что происходит у него за спиной.
Изнемогая от титанических усилий, Одиночка сжимал черный шар в руках, не давая ему пульсировать. Он не ослабил хватку, ни когда Барков ушел на безопасное по меркам виртуальности расстояние, ни когда тот перебрался на другой уровень кибер-пространства.
Одиночка опустил руки лишь в тот момент, когда Саша вернулся в реальность. Черный шар упал к ногам Прототипа, превратился на секунду в очень правдоподобную виртуальную копию килотонной ядерной мины и взорвался…
«…Вот так-то, Саша, мой юный друг. Меня в прежнем качестве уже нет, но ты воспринимаешь эту мыслезапись… Надеюсь, ты разрешишь мне воспользоваться особым положением и обращаться к тебе на „ты“?.. Получать письма ниоткуда странно, однако не более, чем проникать в виртуальность и поддерживать с ее помощью мысленный контакт между „Соколами“ и Прототипами. Считай это краткой исповедью или завещанием. Возможно, в реальности я и уцелею, ведь вместе с Прототипом
Главного погибнет только мой биокомп, но это не имеет значения, в нормальном мире мы вряд ли встретимся, а значит, этот файл действительно мое последнее «прости».
К сожалению, я так и не сумел выяснить то, что, наверное, интересует тебя больше всего, я не узнал имя Главного. Все мое внимание было сосредоточено на вражеском Прототипе и спрятанных в его памяти данных о Системе. Однако я могу подтвердить, что биокомп, которым воспользовался Главный, действительно один из трех экспериментальных образцов, созданных мной до начала проекта «Сокол». Я даже знаю его порядковый номер — «два». Именно его я принес в «Невод», еще когда не был Одиночкой, а имел имя и фамилию. Из этого следует, что ты на правильном пути. Главный — один из директоров «Невода». В свое время я сам принес Прототип-2 в компанию и оставил для изучения совету директоров. Изучение затянулось, и Прототип остался лежать в чьем-то сейфе. Кто-то его «заиграл», мягко говоря. Но у меня оставались еще два Прототипа, я был полон идей, торопился приступить к созданию первого «Сокола» и не придал значения этому факту. Когда же мои дела пошли не так, как я ожидал, и проект взяли под контроль военные, было поздно. Новые «кураторы» запретили мне контактировать с частными фирмами, в первую очередь с «Неводом», и отняли всю документацию по проекту «Сокол». Я возмутился, но мое мнение никого не интересовало. Идея и основные научные материалы оказались в руках «кураторов», и я стал не особенно ценен. Так они полагали. Насколько они ошибались, ты знаешь сам. Я сбежал от «работодателей», сумев прихватить лишь оба оставшихся Прототипа. Первый, самый «сырой», несовершенный, а потому отчасти даже опасный для жизни того, кто осмелился бы стать его носителем, я спрятал заранее, задолго до начала проекта «Сокол». Не знаю, что на меня нашло, возможно, я на секунду заглянул в будущее и осознал, какие могут быть последствия и как придется их преодолевать… Не знаю… Но Прототип-1 до сих пор хранится в надежном месте. Прости, дружище, где это место, я не скажу даже тебе, так будет лучше. Второй Прототип, как ты помнишь, до поры лежал в сейфе у кого-то из директоров «Невода», а третий я спрятал там, где его не могли найти ни военные, ни кто-то другой, — я внедрил его в себя.
Конечно, я надеялся, что мне никогда не придется его активировать, но жизнь распорядилась иначе. Когда я понял, что «Соколы» стали объектами охоты заговорщиков и что завладевший Прототипом-2 Главный крайне опасен, я дал своему биокомпу команду активироваться. Именно в этот момент ты и начал слышать «голос второго я». Я вышел из тени, чтобы помочь тебе поймать и обезвредить Главного. Но, как видишь, это удалось, только когда он затеял Большую Игру с использованием «Соколов», Системы, Сети и «Невода». Я увидел его замысел изнутри, с позиции виртуального наблюдателя и ужаснулся. И этот ужас заставил меня вновь заняться тем, чего я избегал долгих десять лет, я начал работать над созданием «противоядия». Мой Прототип-3 — невидимый для Системы, поскольку почти неотличим от биокомпа Главного, — помог мне тайно использовать часть ресурсов заговорщиков. Так в нашем арсенале появились роботы С4НП. Небольшой партией, но это была единственная страховка для тех, кто пожелает присоединиться к нам и бросить вызов Системе. Когда же я узнал о нанороботах-убийцах, я начал искать новое средство. Им оказалась программа «брандеров» — жесткого контакта с врагом и самоликвидации. Плохо то, что все мои усилия давали только отсрочку…