Солнце уже заливало улицы ровным, уверенным желтым светом, стирая последние следы утреннего тумана и неопределенных полутонов.
Тим тихо вздохнул.
Она рассказывала ему это не для того, чтобы сделать ему приятно. Она рассказывала это, потому что была расстроена. Ей хотелось выговориться, пожаловаться, облегчить душу и найти утешение. Спокойным, мягким голосом Тим спросил:
— Что случилось? — и выслушал всю историю ее ссоры с Грегом, ее сомнений, тревог и жалоб без единого проблеска той невыносимой надежды, за которую он так себя ненавидел.
А потом она доехала до своей остановки и попрощалась. Тим завершил звонок — и в этот самый момент надежда поглотила его снова, с яростной, неистовой силой. И он понял, что все это напрасно.
Он не будет искать загадочную девушку. Он не станет героем своей собственной истории. Он не изменит в ней ни малейшей детали.
Потому что, как он сам однажды сказал Марше — у него на самом деле не было выбора.
Тим пошел завтракать в кофейню — он был слишком взвинчен, чтобы оставаться дома. Ледяной воздух обжигал кожу, мгновенно замораживая лицо в промозглой зимней гримасе. Когда Тим вошел в пряное тепло, его щеки вспыхнули, оттаивая в горячем воздухе, пропитанном запахом выпечки, уютного утра и свежего старта — такого, что начинается с чашки вкусного кофе и куска пирога. Тим подошел к стойке, посмотрел на меню и глубоко вздохнул.
— Доброе утро, — весело поприветствовала его Лиз. — Что будешь сегодня?
Тим медленно выдохнул, не отрывая взгляда от яркой доски на стене.
— Сложный выбор? — угадала она.
— Ты даже не представляешь, — пробормотал Тим и неуверенно взглянул на Лиз. — Ты ведь не можешь приготовить мне всего понемногу, да?
Она повернулась к меню, оценивая длинный список.
— Могу, наверное, — сказала она так же неуверенно. — Но это займет много времени. А Эрик сегодня не пришел, и я одна.
Раздался звонок колокольчика — вошел следующий посетитель. Лиз устало взглянула на дверь. Тим почувствовал, что сейчас она точно ему откажет, и успел первым.
— Я предлагаю сделку.
— Сделку?
— Да. Я помогу тебе, а заодно попробую все из меню.
Лиз уставилась на него.
— Тебе правда нечем больше заняться? — с подозрением спросила она.
Тим усмехнулся:
— Определенно нечем.
Он надеялся, что улыбается достаточно широко. Так широко, чтобы скрыть пустоту за своим ответом.
Тим забыл упомянуть одну важную деталь: пару лет назад он проработал в «Старбаксе» три месяца и потому знал о работе в кофейне чуть больше, чем случайный посетитель. Но сначала Лиз было не до него, в потом, когда она увидела, как быстро он освоился в тесном пространстве кухне, она так искренне удивилась, что он не нашел в себе сил признаться. Наверное, притворяться было глупо, но, черт возьми, Тим отчаянно нуждался сейчас в похвале.
— Ну что, — спросила Лиз после закрытия кафе, вытирая заляпанную стойку уверенными, отточенными движениями. — Решил?
— Что?
— Какой твой любимый кофе?
— Наверное, флэт-уайт.
— На соевом молоке?
— Нет, на обычном.
— У тебя же аллергия.
— Не знаю, — пожал плечами Тим, ополаскивая ложки. — Мама считала, что у меня аллергия. Но я никогда не проверял. А соевое молоко отвратительное на вкус.
Лиз фыркнула, но потом лицо ее стало задумчивым.
— Почему для тебя это так важно? Знать, какой кофе ты любишь?
Тим выключил воду и замер, рассматривая капли на блестящей поверхности раковины.
— Мне нужно хоть что-то понять про себя. Казалось, что проще всего начать с кофе.
Лиз усмехнулась, оглядывая чистую кухню.
— Ну да, проще простого.
Тим только улыбнулся.
— Кажется, все, — сказала Лиз, оглянувшись на пустую кофейню. — Спасибо за помощь. Кстати, ты мог бы тут работать. — Она сняла фартук. В голосе ее была странная интонация — как у ребенка, стоящего перед полкой с игрушками. Тим мельком взглянул на нее — и задержал дыхание.
Потому что понял: в ее голосе была надежда. Он вспомнил ту же эмоцию в голосе Марии из книжного магазина. В выразительном взгляде Марши-русалки. В безмолвной мольбе загадочной девушки.
Они все хотели, чтобы он остался. Они все надеялись на это.
— Все в порядке? — спросила Лиз. Тим все еще смотрел на нее.
— Да, — сказал он, заставив себя отвернуться и пойти за курткой в подсобку.
Но ему было слишком любопытно, чтобы оставить это просто так. Когда она зашла в комнату следом за ним, Тим спросил:
— Если бы я пригласил тебя на свидание, что бы ты ответила?