«На кой черт мне вообще оруженосец? — подумал Тим. — Я все равно не умею обращаться с оружием, которое он тащит на этом несчастном животном, которому не посчастливилось называться гордым скакуном. Они оба одинаково бесполезны здесь. А может быть, и опасны».
— Персиваль, — обратился к нему Тим. Юноша взглянул на него с легкой тревогой во взгляде. — Ты обязан повиноваться любому моему приказу?
Тревога в синих глазах стала заметнее.
— Да, мессир.
— Тогда я приказываю тебе вернуться во дворец.
— Как, мессир? И оставить вас здесь одного?
— Да.
Юноша опустил взгляд.
— Я не могу этого сделать, мессир.
— Ты же сказал, что исполнишь любой приказ.
— Да, мессир. Но именно потому, что я должен выполнять ваши приказы, я не могу оставить вас. Я ваш оруженосец. Я должен сопровождать вас до конца…
Персиваль поднял на него глаза, полные безусловного подчинения. Тиму стало не по себе; этот взгляд давал ему слишком много власти.
— Дай мне меч, — внезапно велел он.
— Который из них, мессир? — с готовностью спросил Персиваль, мгновенно приободрившись — будто он был рыбой, которую отпустили обратно в ее аквариум. — Фламберг или…
— Любой, — отрезал Тим — но после секундного раздумья добавил: — Лучше какой-нибудь покороче. — Он был совсем не уверен, что сможет как следует замахнуться двуручным мечом.
Персиваль покопался в тюках и достал из них короткий меч с широким лезвием в простых кожаных ножнах. С почтительным поклоном он протянул его Тиму. Тот принял меч и мгновенно вынул его из ножен; к его удивлению, раздался отчетливый скрежет металла о металл.
В гладком лезвии отражалось пронзительно голубое небо.
— Встань на колени, Персиваль, — велел Тим. Лицо юноши снова омрачила тревога — но он повиновался. Тим сжал рукоять меча в руке, стараясь приноровиться к его балансу. Очевидно, у него была только одна попытка, чтобы застать Персиваля врасплох.
Он шагнул к коленопреклоненному оруженосцу, занес меч — и положил его на плечо Персиваля, проговорив скороговоркой:
— Нарекаю тебя сэром Персивалем. Встань, благородный рыцарь.
Персиваль уставился на него широко раскрытыми глазами.
— Что вы делаете, мессир⁈
— Посвящаю тебя в рыцари. Точнее, уже посвятил. Теперь ты не обязан следовать за мной. И перестань называть меня мессиром!
Персиваль не выглядел убежденным.
— Только король Оберон обладает властью посвящать в рыцари, — возразил он.
Тим наклонился и заглянул Персивалю в глаза.
— Король Оберон — такой же персонаж, как и вы все, — сказал он тихо. — А я Сказочник. И у меня есть власть над всеми персонажами в этом мире. Включая короля. — Он выпрямился и добавил: — Я мог бы и не проводить обряд посвящения, а просто придумать, что теперь ты рыцарь. Но традиции стоит соблюдать.
Тим снял меч с плеча юноши и отступил на шаг. Тот продолжал стоять на коленях; его синие глаза были по-прежнему широко раскрыты.
— Но если я теперь рыцарь, — прошептал Персиваль, — значит… следующим буду я.
— Следующим?
— Рыцарем, который должен будет сразиться с драконом.
Тим пристально посмотрел на него.
— Тебе не кажется, что это будет справедливо?
Незабудковые глаза наполнились слезами.
— Персиваль! — окрикнул его Тим. Юноша вздрогнул. — Возьми себя в руки. Ты теперь рыцарь, в конце концов.
Персиваль кивнул и шмыгнул носом.
— Может, тебе повезет, — сухо заметил Тим. — Может, мне удастся победить дракона.
Персиваль снова кивнул и снова шмыгнул носом.
— Возвращайся во дворец, — велел Тим. — Передай мое почтение Оберону.
Персиваль кивнул в третий раз и неловко поднялся на ноги.
— А как же скакун, мессир…? — пробормотал он, оборачиваясь на коня.
— Забирай скакуна и всю поклажу, — перебил его Тим. — Мне они без надобности. — Он взглянул на меч в своей руке. — Я оставлю себе только вот это.
Тим вернул меч в ножны — кожа снова загадочно лязгнула — и повесил их на пояс. Когда он снова взглянул на Персиваля, тот в нерешительности стоял рядом с конем, держа его под уздцы.
— Вы точно уверены, мессир…?
— Не называй меня так! — воскликнул Тим, теряя терпение.
Персиваль вздрогнул, а потом взглянул на Тима с неожиданной ясностью во взгляде.
— Если вы — Сказочник, мессир, то у вас куда больше власти надо мной, чем если бы я был просто вашим оруженосцем, — тихо сказал он и медленно повел коня вниз по дороге.
Тим постоял на повороте, глядя им вслед, а затем начал взбираться дальше вверх по серпантину.