За дверью стоял Иден, и его глаза были холодными, как полярная ночь.
— Что ты наделал? — прошипел он.
Тим застыл на пороге.
— В чем дело? — спросил он, слегка опешив — хотя уже догадывался, что имел в виду Иден.
— Что ты устроил сейчас? Что это вообще было⁈ — Глаза Идена сверкнули.
— Если ты про то, что я только что победил дракона, — заметил Тим, стараясь говорить небрежно, — то не за что, между прочим.
— Что ты несешь?
— Благодаря мне идея, которая тебе угрожала, замурована в пещере в королевстве Оберона. Дракон из Страны Конфет, помнишь?
Иден рассмеялся — но смех звучал издевательски.
— И ты решил, что идею такого масштаба можно запереть придуманным камнем?
— А откуда мне знать, что нельзя⁈ — огрызнулся Тим, больше не в силах притворяться спокойным. — Ты же мне никогда ничего не рассказываешь!
— Я говорил тебе не становиться героем! — рявкнул Иден. — Ты понимаешь, во что теперь влип?
Тим невольно вздрогнул, но предпочел ничего не ответить.
— Теперь, пока твоя история не будет завершена, ты не сможешь из нее выйти. Как было тогда в Лунной Долине.
— Глупости, — возразил Тим. — Я уже ее завершил и вышел из нее.
— О нет, — криво усмехнулся Иден. — Твоя история только начинается. И теперь мне нужно держаться от тебя подальше, пока она не закончена. Кроссоверы — не мой конек.
Он развернулся, собираясь уходить.
— Какие кроссоверы? О чем ты? — крикнул Тим ему в спину.
Иден не обернулся, лишь слегка повернул голову и бросил через плечо:
— Ты очень пожалеешь о том, что натворил.
И он исчез.
Первым импульсом было последовать за Иденом и заставить его все объяснить — но Тим почувствовал, как все внутри него сопротивляется этой идее. Нет, он не будет больше бегать за Иденом в надежде получить туманные и запутанные пояснения там, где достаточно было простого, внятного ответа. Может быть, он действительно натворил дел и влип в историю, из которой ему теперь предстоит выпутываться — что ж, это был его выбор. Но он больше не беспомощный дурачок, которого нужно водить по Ноосфере за руку. Он, черт возьми, Сказочник. И даже если он не одержал над драконом окончательную победу — он смог с ним справиться. Он спас Абигейл и остался в живых. Он вернул Оберону его дочь и закончил кровавую игру, которую тот вел.
Тим почувствовал внезапный прилив сил. У него все получилось, чтобы там ни говорил Иден. И это была не удача или простое стечение обстоятельств. Он сделал все сам.
И Тим был уверен, что теперь он может сделать все, что угодно.
Он оглядел свою гостиную, раздумывая, не сложить ли наконец диван, и его взгляд упал на разноцветный шарф, валявшийся на полу с тех самых пор, как он ушел от Марши и пошел тренироваться в каньон.
«К черту диван», — подумал Тим, подбирая шарф и обматывая его вокруг шеи. — «Я хочу увидеть Энн. Я должен увидеть ее прямо сейчас».
Он шагнул в пустыню на одно мгновение и тут же вернулся в реальность, следуя за ее образом. Сейчас он чувствовал его так сильно, что практически видел, как она сидит на кровати в своей комнате в родительском доме, обняв колени и закутавшись в бежевый кардиган…
Подтаявший снег хлюпнул под ногами, когда он ступил на дорожку, ведущую к крыльцу. Тим взбежал по ступеням и позвонил в дверь.
Раздались шаги, щелкнул замок. Тим вздрогнул — дверь открыла не Энн.
— Добрый вечер, миссис Пирс, — вежливо поздоровался он. Все в порядке, подумал Тим. Просто Энн наверху и не успела подойти. Просто она не знала, что это он.
— Здравствуй, Тим, — сказала мать Энн, странно глядя на него.
— Энн дома? — спросил он, зная наверняка, что это так — но правила приличия обязывали задать вопрос.
— Нет, — сказала миссис Пирс неуверенным голосом.
Тим уставился на нее.
— Она не дома, — продолжила миссис Пирс. — И я не знаю, где она и как ее можно найти.
Тим похолодел. Миссис Пирс смотрела на него со смесью сочувствия и недоверия.
— Она велела вам это сказать, верно? — тихо спросил Тим.
После недолгой паузы миссис Пирс кивнула.
— Она не сказала, почему? — Тим очень старался говорить спокойно. Миссис Пирс была ни при чем. Она просто говорила то, что ей велела сказать Энн. Просто передавала сообщение, что его больше не хотят видеть.
Люди не сообщают тем, кто им безразличен, что больше не будут с ними разговаривать. Они просто перестают общаться.
Миссис Пирс покачала головой.
— Я не знаю, в чем дело, Тим.
Тим кивнул и заставил себя улыбнуться. Кажется, получилось не очень.