Тим невольно покраснел. Он очень не хотел вспоминать все, что произошло с Абигейл — и одновременно помнил все.
В том числе и то, почему эта история закончилась.
— Нет, — он покачал головой. — Это была на редкость дурацкая история. Даже в порнографических любовных романах больше сюжета. Тебе нужно было подсунуть мне другого персонажа, а не идею. Тогда, быть может, из этого и получилось бы что-нибудь интересное. Тогда, возможно, тебе бы удалось удержать меня там на дольше.
Дракониха сердито выдохнула новую порцию дыма.
— Кстати — а зачем тебе нужно было меня отвлечь? — спросил Тим небрежно.
«Я тебе не стану рассказывать все свои планы», — фыркнула дракониха. — « Я не злодей из блокбастера».
— Серьезно? А ведешь себя прямо как один из них.
«Это потому, что ты решил стать героем. А для этого нужен антагонист».
— И ты не антагонист?
«Для тебя — да. Но вообще-то я просто занимаюсь своими делами».
— Убирая неудобных людей с пути?
«А когда ты убрал с пути неудобного Персиваля — это было другое?»
Тим снова вспыхнул.
«Но ты прав — ты мешаешь мне. А раз ты так удобно пришел ко мне прямо в лапы, я могу тебя убрать окончательно и бесповоротно».
— Стой! — воскликнул Тим. — У меня есть к тебе предложение.
«Как тогда с камнем?» — В голосе драконихи звучала насмешка.
Тим покраснел в третий раз. Но у него больше не было времени на то, чтобы смущаться.
— Нет, — быстро проговорил Тим. — На этот раз я действительно могу принести тебе пользу.
«Какую, Сказочник?»
— Тони не смог достать тебе Книгу. Но я ее Автор. Я могу предложить себя вместо Книги. Если ты отпустишь Тони и Мэл.
«А-а-а-а», — протянула дракониха. — «Ты все еще хочешь быть героем».
Она приподнялась на когтистых лапах и подползла чуть ближе.
«Не волнуйся, Тим», — вкрадчиво шепнула дракониха. « Я разберусь с Тони — после того, как покончу с тобой».
И она разинула огромную пасть.
— Но ведь я могу заменить собой Книгу! — в отчаянии воскликнул Тим.
«Конечно». — В глубине пасти заплясало голубое пламя.
— Ты можешь использовать меня вместо нее!
«Тим», — мягко шепнула дракониха у него в голове. — « Кто сказал, что я собиралась ее использовать?»
Пламя в горле забурлило, вырываясь наружу.
Он мог бы шагнуть в реальность. Он мог бы хотя бы отпрыгнуть в сторону. Но прямо за ним все еще стояли Тони и Мэл, и он чувствовал их ужас за своей спиной. Поэтому Тим отступил на шаг и раскинул руки, закрывая глаза.
Больше рисковать ему все равно было нечем.
Все когда-то заканчивается. У любой истории есть последняя страница — переворачивая ее, ты знаешь, что больше ничего не произойдет, и дальше будет лишь послесловие и благодарность автора, самым жестоким образом возвращающие тебя в реальность. Истории никогда не существовало — это были лишь слова, записанные чужим, неизвестным тебе человеком. И он решил, что больше записывать нечего, что у него больше не осталось слов, что на этой странице он бросит тебя с горьким и неизбежным осознанием конца.
Истории никогда не существовало — но теперь она навсегда поселилась в твоем сознании и будет продолжать там жить, возвращаясь воспоминаниями, ассоциациями, полузабытыми образами и яркими флэшбеками…
Тим всегда надеялся, что, когда он умрет, его история останется с другими. Сейчас, стоя перед драконихой и готовясь принять на себя удар голубого пламени, он окончательно понял, что после него не останется ничего.
Он успел подумать только эту мысль, когда где-то далеко раздался звук горна. Тим удивленно открыл глаза. Дракониха захлопнула пасть и больше не смотрела на него — она неловко выгнула длинную уродливую шею в сторону входа. Звук горна раздался снова — а после него Тим отчетливо услышал голос Персиваля:
— Эй, дракон! Я вызываю тебя на поединок!
Дракониха резко повернула голову обратно к Тиму.
«Это ты его сюда привел?» — прошипела она.
— Ты ведь сама знаешь, что нет, — растерянно пробормотал Тим.
Дракониха уставилась на него. Тим уставился в ответ.
— А, — выдохнул он наконец, невольно улыбаясь. — Ты не знаешь. Значит, ты больше не читаешь мои мысли. Значит, я больше не персонаж твоей глупой истории.
Дракониха зарычала. Тим успел подумать, что отсутствие власти над ним никак не мешает ей поджарить его на месте, когда горн раздался в третий раз.
— Выходи! — прокричал Персиваль. — Именем его величества короля Оберона я приказываю тебе вступить со мной в бой!