— Слишком громкая, слишком заметная и слишком тупая. Кто, кроме тебя, мог подумать, что это вообще сработает? — уже без иронии, а с нескрываемой ненавистью выплюнул он, глядя на нее сверху вниз.
В этот момент он услышал гулкие шаги в темноте торгового центра. Он знал, что она была не одна, но, нацелив на нее пистолет снова, не торопился ускорить новое знакомство. Громила показался на свет, останавливаясь неподалеку от выхода. Их с Джонни взгляды встретились на секунду, и он понял, что этот тип явно не болел за план Реико от всей души. И все же он решил убедиться:
— Ты тоже хочешь попробовать? Или умный парень?
— Я водитель, — ответил Тоши невозмутимо, слегка пожав плечами. Реико, услышав это, зашипела, но снова заглянула в дуло пистолета рокера и притихла.
— Где она? — обращаясь к водиле, спросил Джонни спокойнее. Громила качнул головой назад. — Она цела? — громила кивнул. — В твоих же интересах… ЛУНА! — рявкнул он, не двигаясь с места.
Ее сердце словно оборвалось в этот момент. Она стала тут же задыхаться слезами, но собралась с духом и крикнула:
— Я здесь!
Джонни медленно выдохнул, опуская пистолет, но не убирая его совсем. Адреналин всё ещё гудел в крови, пульс стучал в висках. Голос Луны был напряжённым, срывающимся, но чётким. Он услышал, как она пыталась держать себя в руках.
— Ты в порядке? — глядя на громилу, спросил он.
— Д-да! — послышался ответ.
Джонни помедлил, сверля громилу взглядом, затем махнул рукой в сторону парковки.
— Исчезните, пока я не передумал.
Тоши не стал спорить. Под пристальным взглядом рокера он закинул шипящую и брыкающуюся Реико на плечо и ринулся с ней вместе бежать, чтобы уйти из зоны обстрела. Когда мотор их машины завелся, и засвистели шины, Сильверхенд, наконец, позволил себе обратить взор в темноту и неизвестность. Он перевёл дыхание, сдерживая рвущуюся наружу злость на всё это дерьмо. Громить «Облака» казалось весело, а это — совсем нет.
— Сейчас, самурай, — бросил он, направляясь внутрь.
Темнота торгового центра сжалась вокруг, стоило ступить на порог, но он шёл уверенно, как будто ходил сюда каждое утро всю свою жизнь. Через секунду его оптика привыкла к полумраку, а потом взгляд нашёл её в слабом свете от окна — она сидела на полу, пристёгнутая наручниками к батарее, испуганная, но живая и на первый взгляд невредимая.
Глаза Луны встретились с его, и за этот миг Джонни увидел в них всё — страх, облегчение, усталость, злость. Он не стал ничего говорить, просто прицелился и выстрелил в цепь наручников. Металл с лязгом разлетелся, и прежде чем она успела даже двинуться, он уже опустился рядом на колено, протягивая руку.
— Вставай, мы уходим.
Вместо ответа она кинулась, обвивая руками его шею, и он позволил себе слабость, прижимая к себе ее тело, прижимаясь щекой к ее макушке, запуская пальцы ей в косы. С каждой секундой адреналин в крови все падал. Наконец, засаднило разодранную кожу на правой руке, а левая заныла от самого плеча до запястья, тяжелея. Хотелось поскорее все это закончить, покинуть это затхлое место, избавиться от этой боли и выкинуть из головы все плохое, что могло произойти. Так что Джонни обхватил Луну за талию правой рукой и, поднимаясь с колен, поднял на ноги и ее.
Только, когда они сели в «Койот», Луна вдруг поняла, что означает выражение лица Сильверхенда.
— Стой… Ты сердишься на меня? — удивилась она.
— Блять, — он нервно хохотнул. — Да, конечно, Луна, я злюсь, спасибо, что спросила, — он не глянул на нее, говоря это, заводя машину и оглядывая путь позади «Койота» через зеркала. — Ты чем думала, когда делала то, что тебе приказала эта чокнутая?
— Она могла убить Мисти, — воскликнула в ответ Луна, возмущенная его самоуверенным поведением и обвинениями. — Ты правильно заметил, она чокнутая, она бы ее пристрелила, ты понимаешь?
— Вообще недоказуемо, она даже на мне курок не спустила, — выворачивая руль, равнодушно парировал Сильверхенд, как будто они спорили о чем-то пустячном.
— Я должна была дать ей себя проявить? Ты слышишь себя?
— БЛЯТЬ, ДА, — ударив по рулю раскрытой ладонью, крикнул в ответ Джонни, и Луна вздрогнула. — Последнее, что ты сказала мне перед этим ебанутым поступком, была тирада про твою жизнь и твое тело, а тут ты так охуенно просто раскидалась им за свою подружку, даже не зная наверняка, не пришьют ли вообще вас обеих в итоге! — он, наконец, одарил ее взглядом, и это был осуждающий, укоризненный взгляд.
— Ты серьезно сейчас?! — не веря своим ушам, Луна нервно рассмеялась. — Ты сравниваешь то, что делал ты, с тем, что сделала я?!
— Блять, вот послушай себя сама, Морено, с каким апломбом ты говоришь «то, что сделала я», — Джонни начал кривляться, пародируя ее. — Я как будто детей в секс-рабство продавал, честно слово, — он усмехнулся и покачал головой. — Как ты со мной в одной тачке вообще сидишь?