Правда, измерительных приборов у меня не было, и что все готово, я прикинул на глаз. Когда решил что достаточно, присел рядом с котенком и правой рукой приподнял его голову. Пасть животного была открыта, он по-прежнему надсадно дышал, уже перестав мяукать. Мягким движением левой, как рисующий на холсте художник, я легонько задел кроваво-огненный шар. Делал это крайне осторожно — так как конструкция могла разрушиться. Причем осторожно вдвойне — я правша, и левой мне писать и рисовать не очень удобно. Но правой рукой я сейчас, по уважительным причинам, управлять энергией не могу.
Штрих за штрихом я растягивал шар Огня и Крови в тонкую линию. Словно оперируя водой в невесомости; действуя так, как будто аккуратно двигаю мыльный пузырь. Аккуратно, чтобы он не лопнул. Мне сейчас нельзя ошибиться — Кровь, конечно, сочетается с любой стихией, но с Огнем ее связь одна из самых хрупких. Это у меня от меча знание сейчас.
«Пламя и Кровь» — всплыл вдруг у меня в памяти девиз моего нового отряда варлорда. Ох и неспроста похоже это ж-ж-ж — мелькнула мысль на краю сознания.
Когда вытянувшаяся змеящаяся лента, в которую превратился шар истинного Огня и Крови, оказалась рядом с землей, я еще больше приподнял голову котенка. Превратившаяся в змейку чистая энергия скользнула в пасть маленькому зверю, проникая внутрь. Котенок расширил полыхнувшие оранжево-алым отблеском глаза и громко, из последних сил, мяукнул. Практически закричал.
Ну да, неприятно. Очень неприятно и очень больно. Я прекрасно помню, как мне княгиня Анна Николаевна Тьму из организма выжигала. Так что представляю, что сейчас юный зверь чувствует. Ему даже хуже наверное — меня ведь тогда Анастасия дополнительно морозила, заглушая боль.
Сейчас механизм немного другой — моя кровь вдохнула в стихийный конструкт жизнь, и попав в чужое тело, симбиоз Огня и Крови, став условно живым существом, не хочет умирать. Не так прямолинейно, конечно, все на глубинной памяти ДНК, но что-то в этом смысле — как я понял по переданной мне мечом информации.
Я сейчас, кстати, пытаясь самому себе объяснить природу происходящего, похоже разгадал природу сущности Кровавых мечей — мелькнула мысль. Без особого интереса мелькнула, потому что все мое внимание было сосредоточено на звере.
Который снова громко, громче чем прежде, мяукнул и заскреб лапами. Глаза его вдруг полыхнули алым, потом пламенным, потом оранжево-алым отсветом; котенок сейчас, получив подпитку в виде моей жизненной силы, боролся за жизнь на пороге смерти.
Так, ладно. С этим я ничего больше сделать не смогу.
Пока котенок решает с судьбой, жить ему или умереть, у меня есть еще один важный вопрос, который лучше бы решить поскорее.
«Эй, ты здесь?» — снова взял я меч из открытого футляра.
Молчание.
«Слышь, ты, оружие! Я к тебе обращаюсь»
Меч по-прежнему молчал.
«Железяка ненасытная» — немного раздражено подумал я, выжимая из кулака каплю крови. Без которой, как понимаю, меч говорить отказывался.
«Чего хотел?»
«Для начала здравствуйте»
«От автора, «слышь ты оружие» подобное звучит слишком претенциозно», — ответил мне меч.
Хм. Немного странно общаться с иной формой жизни, которая для общения с тобой использует слепок твой психофизической матрицы. Но я в этом плане опытный. С внутренним голосом собственным постоянно разговариваю, так что мне подобное легче принять чем обычному человеку. Наверное.
«Ты слушаешь?»
«Да»
«Мне нужно обучиться создавать пространственные карманы»
«Зачем?»
«Для того, чтобы я мог тебя туда убирать, и чтобы только я мог тебя оттуда доставать»
«Нас»
«Тебя. Один меч я хочу отдать другому человеку»
Пространственный карман создавал Николаев. И показал он мне только, как можно получить к нему доступ. И я уже, пока сидел здесь и думал, глядя на черное зеркало воды, придумал оптимальное решение: один меч отдать Николаеву. А второй, как инструмент, я хочу оставить себе. Вот только с собой его носить не будешь — опасно слишком. А так убрал в пространственный карман, и не переживаешь.
«Так ты можешь меня этому научить?»
«Да. Но это будет очень дорого стоить»
«Сколько?»
«Много. Очень много»
«В принципе, я могу решить вопрос и без тебя», — мысленно пожал я плечами.
Я действительно мог. Николаев — если получится его убедить в нужности этого для меня и для этого мира, может показать мне как открывать пространственные карманы.