— Что Модест Петрович?
— Пусть лицом торганет.
Модест, который стоял рядом, заметно скривился — ему очень не понравилось выражение «торгануть лицом». Это он с нами просто в Хургаде не пил и не гулял, так бы не кривился столь недовольно.
— В смысле лицом торганет? — не уловил я мысль Валеры.
— Без смысла. Буквы сказанные в слова соедини, и пропусти через понятийный аппарат. Пусть Модест Петрович твоим лицом торганет, а мы с тобой с ней останемся, — показал он глазами на Николетту.
Модест при этих словах еще раз недовольно дернул своим длинным аристократическим носом.
— А, вот ты о чем, — понял я.
Валера сейчас предлагает надеть на Модеста мою маску, и как Драго Младича отправить за получением вооружения вместо меня.
— Да, вот я о чем.
— Модест Петрович не прокатит.
— Не прокатит, так протащит. Принципиально?
— Да.
— Почему?
— У нас слишком антропометрия разная.
— Непринципиально.
— Если все по высшему разряду секретности, может быть принципиально. У нас пять сантиметров роста разницы.
— Четыре, — поправил дотошный Модест.
Он, до этого момента молчавший, вместе с Николеттой водил взглядом вправо-влево, во время обмена фраз глядя то на Валеру, то на меня.
— Хм, — Валера задумался.
— Ладно, я знаю как сделать, — подумал я, что сам вариант замены вполне рабочий.
— Как?
— С чувством, с толком, с расстановкой, это же очевидно. Все, погнали, — показал я на конвертоплан.
Быстро погрузившись в салон, мы расселись за столом в зоне для брифинга. Я в командирском меню указал как цель виллу Николетты, и конвертоплан резво поднялся, уходя ввысь. Наверняка опять г-н Файнзильберт за штурвалом, только он так делает. Причем всегда.
— Сейчас мы летим на виллу, и вы вдвоем там остаетесь, — посмотрел я на Николетту и Валеру. Пока меня нет, смотри в оба, — попросил я Валеру.
— Все, мы на осадном положении?
— Считай, что да. Происходит что-то непонятное, и мне это не нравится. Я сейчас на Полигон, там разберусь с этой странной миссией и вернусь на виллу.
— Один?
— Ну… По идее, вдвоем-то мы с тобой должны будем справиться.
— Вдвоем мы вообще этот остров можем в тряпки разнести, — согласно, причем безо всякой бравады, кивнул Валера. — Если не сдерживаться, — тут же уточнил он.
— Николетта.
— Да?
— Отдай мне свой амулет. Так я буду чувствовать тебя и твое состояние.
Николетта кивнула, и дрожащими руками стянула с шеи амулет с красным яхонтом, в котором бился огонек ее сердца.
— Если что-то случится, и ты не будешь уверена действовать или нет, то лучше действуй. Хорошо?
— Да, — прошептала Николетта.
Донельзя взволнованная, она только сейчас начинала окончательно понимать, что несмотря на наше с Валерой спокойствие при обсуждении, началось что-то по-настоящему серьезное.
— Я буду рядом. Не бойся, — произнес я, сжимая руку Николетты. — И этот парень тоже, — кивнул я на Валеру.
— Этот парень… — буркнул Валера негромко.
— Валера, — посмотрел я на него.
— Артур… тьфу, или как там тебя… — Валера не был бы Валерой, если бы смог сейчас сдержаться.
— Я буду совсем рядом, но вы меня увидеть не сможете. На всякий, чтобы ты в курсе был.
— Ты будешь там, — показал в сторону Валера.
Потом подумал и показал наверх. Потом еще подумал, и показал вниз.
— Угу, — только и кивнул я. — Именно там.
Николетта промолчала, но она поняла, что я буду за границей мира — видела меня уже, как я из ниоткуда появлялся.
— Тебе бы тоже не отсвечивать, по идее, — сказал я Валере.
— Это ты мне говоришь? Я вообще сама скрытность. Я — меч во Тьме, я — дозорный на стене, я…
— Валера!
— Да ладно, не гунди, я понял все.
К вилле мы уже подлетали, поэтому Валера, которого я прервал с клятвой Ночного дозора, которую он слышал от меня однажды, начал быстро избавляться от элементов брони. Вниз полетели наплечники, поножи, кираса, воротник горжета. Николетта единственная наблюдала за происходящим с немым вопросом.
Но чувствовал это только я — выглядела девушка при этом невозмутимо. И даже смогла сохранить невозмутимость, когда Валера, оставшийся в одном контактном комбинезоне поддоспешника, начал трансформироваться во вторую форму. Тело его подернулось размытой серой мглистой пеленой, и через пару мгновений на четыре лапы опустился черный ягуар.
Астральная пелена изнанки мира при этом никуда из его ауры не ушла, а более сгустилась. Когда же конвертоплан приземлился во дворе усадьбы, ягуар вовсе стал практически прозрачным, и исчез в Изнанке. Незримой тенью Валера выскочил в начавшую открываться дверь.