За весь период с тех пор как Нолия Ларр открыла для себя это развлечение, Крысы нападали на нее неоднократно, но в последнее время этого не случалось. Людоеды узнали и навсегда ( хотя это едва ли ) запомнили, к чему приводит раздор с Халивельдом. Лес до сих пор усеян крысиными костями. На фермерских огородах вешают тушки подстреленных ворон, для примера еще не "подстреленным", Халивельд Ларрский с той же целью не спешил убирать останки Крыс неудачниц.
Впрочем, лес был не "усеян" скелетами Крыс а, если можно так выразиться, ими "обжит". Ради пущего эффекта, чародей возвращал дохлых сирен к некоторому подобию существования и отправлял патрулировать границы замкового леса... Нолия не приходила в восторг от встреч с этими полусгнившими крысаками но соглашалась что их присутствие весьма целесообразно. Так же как и люди, если доведется встретиться с мертвецом, хищники впадали в мистический ступор, когда встречались с неупокоенными сородичами и не рисковали задирать обитателей замка Ларр.
Однако, даже так Крысы никогда не отступали окончательно и постоянно следили за чародейкой Ларр из леса, буквально преследовали каждый ее шаг злыми взглядами. Она ни разу не видела этих, широко разрекламированных книгами про ужасы, парных багровых огоньков но, каким-то шестым чувством, ощущала взгляды сирен так же явственно как ощутила бы прикосновение. А сегодня... Сегодня, сейчас, их взгляды стали особенно отчетливы.
Вообще-то все экстрим-меломаны отчаянные и смелые люди уже по определению. Они пытаются найти удовлетворение своих культурных запросов там где остальные дрожат от страха и наслаждаются там где все прочие даже помыслить не могут о чем то высоком. В этом заключается вся суть этого движения. Одновременное прослушивание Крыс и осознание что ты не более чем кусок мяса для этих голодных хищных глаз так удивительно сочетается, и так неподражаемо контрастирует, что вызывает у человека целый сонм странных и сильных эмоций. Нолия была типичным представителем своего клуба, однако она поняла что сегодня с острыми ощущениями пожалуй перебрала. Чувство самой настоящей, уже почти неподконтрольной опасности вперемешку с, теперь уже, целой композицией становилось слишком сильным раздражителем чтобы приносить удовольствие.
Да еще и помноженное на странное поведение супруга... Это если не сказать больше. Неадекватное? Ненормальное? Да, так она ему и скажет, когда дойдут.
Кстати, а куда это он ее ведет? Сперва Нолия легко узнавала местность, однако они шли все дальше и наконец настало время когда она не смогла разглядеть ни одного известного ей ориентира. Быстро же они двигались, если забрались в такую даль. Женщина тяжело вздохнула. Ладно бы просто далеко, но еще и в эту глушь? Когда ее терпение лопнет, а это могло произойти уже с минуты на минуту, Халивельду придется очень постараться чтобы объяснить ей эту прогулку.
Действительно, чего это он сюда поперся? Сначала вроде шли нормально, но через какое-то время колдун свернул на неприметную тропку и... неприметную и недалекую, всего через несколько шагов, идти по ней стало трудно, а потом она и вообще исчезла. Теперь пришлось ковылять по бездорожью, и смотреть не только по сторонам, но и за тем что творилось под ногами и молиться чтобы не сломать каблуки новых сапожек и не ободрать с них лак.
- Бездна тебя дери, Хали... ~ выругалась Нолия в сердцах, после того как в очередной раз оступилась. ~ Ты куда меня завел?
Намереваясь выяснить, наконец, куда они направляются, Нолия подняла глаза но, волшебника впереди не оказалось. Ни впереди, ни рядом, ни вообще, в пределах видимости.
- Хали? Дорогой, это уже не смешно.
Женщина огляделась. Вроде, только-только муж, хоть и не совсем в себе, но был рядом, и вот на тебе... стоило лишь отвести глаза, как его и след простыл.
- Совсем-совсем, не смешно. Так и знай. Я от этой твоей шуточки, не в восторге, ~ "пригрозила" она. ~ Я серьезно, ты ведь меня знаешь.
Обычно такой ее тон, действовал на мага отрезвляюще, но на этот раз вышла осечка. Халивельд не торопился с извинениями...
"Бездна подери!" ~ вновь подумала женщина. Он даже не дал понять, что ее расслышал. Не отозвался и не показался.
- Слышишь меня? Ау? Хали? Я не в восторге! ~ повторила Нолия, но, как и в первый раз, безрезультатно. ~ Совсем-совсем... Хали, ну что же ты?
Ответом ей, по-прежнему, была лишь тишина. Тишина? Внезапно волшебница сообразила, что уже довольно давно не слышит песен Крыс. Это могло означать одно из двух. Или до сирен наконец дошло с кем она тут прогуливается... Нолия невольно хмыкнула, "недолго же Халивельд наслаждался, сладкоголосым пеним", а потом нахмурилась, и у нее мигом поменялся настрой. Теперь она уже не была так в себе уверена. ...в равной степени могло статься и то что Крысы отчаялись овладеть жертвой при помощи гипноза и поэтому решились напасть так. Номинально территория принадлежала Фиолетовому Магу, однако фактически эта часть леса была ничьей, и крысы могли подумать что...
Нет, это конечно ерунда, быть этого не может. Не нападут они на нее. Это просто глупо. Но почему тогда не проходит ощущение чьего-то пристального взгляда между лопаток?
- Ну это уже ни в какие рамки, не укладывается, ~ раздраженно пробормотала женщина, оглядываясь. ~ Я так паранойю заработаю, причем в острой форме, и буду всего-всего всегда-всегда бояться.
Нолия достала следующую сигарету и повертела ее между пальцами.
- Это уже становиться привычкой, ~ пробормотала она в раздумье. ~ Кстати, очень плохой привычкой.
В ночи сверкнул огонек, и Нолия сделала глубокую затяжку.
- Очень и очень плохой привычкой, ~ женщина выпустила колечко дыма, и, задержав взгляд на том как оно тает в лунном свете, немного успокоилась. ~ А, к черте все!
Упоминание черты, как известно, может привести к осложнениям. Не успела женщина договорить, как кусты раздвинулись, и он явился ей собственной персоной. ОН, один из обитателей черты. Черт был ужасен. ( Необходимое уточнение. В мире Земли, черт считается принадлежностью исключительно фольклора христиан, и обозначает представителя нечистой силы, однако это лишь частный Земной случай. В общем, по Сорока Мирам, с этим обстоит немного сложнее, и даже сложился каламбур, объясняющий эту разницу. Здесь черт это, как правило, такой же вредный и суровый тип, что и у христиан Земли, однако прямого тождества со всеобщим центром сил зла не имеет. Наоборот, черт Сорока Миров - обитатель периферии, граней между мирами. Послать к черту, таким образом, означает пожелание "катиться" к краю мира, а выражение "оказаться за чертой", несет более трагичный чем у людей Земли оттенок, потому что, оказавшегося за чертой, тут сразу же окружают самые натуральные черти. Примечание Я. Таляки. В дальнейшем - автора. ) Немного косолап, массивен, нетороплив но, угрожающе целеустремлен... и он направлялся к хозяйке замка Ларр. Женщина не удержалась и вскрикнула.
Впрочем, испуг быстро прошел. Нолия узнала чудовище с которым столкнулась. Помо. Приглядевшись, Нолия заметила, что телохранитель что-то несет. С одной стороны из пасти пса свешивалась голова и передние лапы этого "чего-то", а с другой волочилась его филейная часть и длинный хвост.
Выглядело это так, словно пес тащил показать хозяйке очень крупную Ночную Крысу. Это что же, получается?.. Нет-нет, она же была уверена - не полезут Крысы к замку Ларр. Не сейчас. Может быть, наоборот, это пес сбегал к лесу? Вот только зачем это ему? Для профилактики? Но он не покинул бы хозяйку без разрешения. Нолия покачала головой. Потом задумалась и повела бровью. Значит все-таки Крысы, перебрались через барьер. Уже?
- Значит, началось, ~ пробормотала она оглядываясь. ~ Вот, только этого мне сейчас и не хватало.
Страха не было. Не было теперь даже легкого испуга. Пока пес рядом, боятся пусть все остальные. Те же Ночные Крысы хотя бы, сколько бы их сюда не набежало. Кроме того... Нолия достала жезл, с помощью которого только что прикуривала, и еще раз проверила его исправность. Рубин на "волшебной палочке", дружелюбно подмигнул и выпустил короткий язычок огня. Такого едва-едва хватает чтобы воспламенить тонкую дамскую сигаретку. Нолия сдвинула регулятор, и огонек с тихим но угрожающим гулом превратился в полутораметровый факел раскаленной плазмы. Чародейка ухмыльнулась и ее лицо, обычно милое, в свете пламенеющего лезвия оказалось неожиданно зловещим.