Утренняя служба в честь бога Хама началась!
Свет заиграл на каменном теле статуи. Зал Храма заполнили фигурки. Отсюда, сверху, они казались неправдоподобно маленькими... Вот-вот ее увидят! Звуки гимна, стройные и величественные, становились все громче... Девушка вдруг подумала, что если упадет, то утонет в этом мощном звуке...
Змей тянул ее вверх. Камень царапал плечо и щеку. Но вот ее подхватила еще одна рука. И еще одна... Потом девушка долго лежала среди металлических труб, а мальчишка пытался разжать пальцы девушки, стиснувшие его запястья. Затем он рывком поднял ее на ноги, и какое-то мгновение она глядела на переполненный людьми зал.
Внезапно ей стало холодно, силы покинули ее. Она покачнулась. Четыре руки бережно подхватили ее и не отпускали до самой лестницы.
— Слушай, а ведь мы стащили его! — Она поднесла кулак с камнем к лицу. — Мы сделали то, что хотели. — И только теперь, до конца поверив в победу, она воскликнула: — Камень у нас!
Прежде чем они начали спускаться, девушка посмотрела на камень еще раз. Восторг и радость затопили все ее существо и на мгновение уняли боль.
— Ты понимаешь, мы достали его! — снова сказала она.
Мальчишка, держа ее одной рукой за плечо, тоже широко улыбался.
Похитители стали спускаться по лестнице внутри головы статуи. Мальчишка первым вылез через ухо каменной головы. Он повернулся, поймал веревку и соскользнул на плечо божества. Поколебавшись, девушка сунула камень в рот и последовала за четвероруким воришкой. И только встав рядом с ним, она выплюнула камень.
— Будь добр, отвяжи мой мешок... Ох, завтра я, наверное, и встать не смогу. Придется помучиться после таких подвигов!
Получив свой мешок, она первой стала спускаться по бицепсу и прошла по предплечью к открытому люку на запястье.
На мгновение она кинула взгляд на толпу молящихся и подумала: «Интересно, неужели и старый Блаженный вместе с ними?» — и удивленно посмотрела на своего спутника. А тот осторожно, но настойчиво попытался забрать камень из ее руки. Разжав ладонь, девушка зачарованно смотрела, как торжественно мальчишка поднял волшебную драгоценность над головой.
Отсюда, сверху, поднятые лица молящихся в полумраке зала напоминали жемчужины, но как только четыре руки подняли драгоценную добычу, жемчуг исчез. Все жрецы словно по команде склонили головы.
— Отлично! Никто ничего не заметит! — ухмыльнулась девушка. — Пошли!
Но воришка не спешил лезть в темный туннель. Вместо этого он обошел вокруг кулака статуи, обнял один из бронзовых стеблей пшеницы и соскользнул по нему вниз, нырнув в промежуток между большим и указательным пальцами.
— Воспользуемся этим маршрутом?.. Да, пожалуй, ты прав, — согласилась юное Воплощение Арго (как вы уже догадались, это была именно она). — Знаешь, когда это приключение закончится, я напишу о нем эпическую поэму. Возвышенным слогом. Ты знаешь, что такое возвышенный слог?..
Но рядом уже никого не было. Девушка поспешила съехать вниз, обхватив коленями толстые стебли. Мальчишка ждал ее внизу на листьях. Устроившись там, они передохнули, понаблюдав несколько минут за загипнотизированным собранием жрецов.
Снова юноша поднял камень, и снова склонились головы. Гимн зазвучал вновь. Отдельные слова его терялись в монотонном бормотании толпы. Голоса молящихся стали громче, ритмичней, и эхо зала гулко вторило им. Теперь похитителям осталось совсем немного, чтобы достичь основания статуи. Соскользнув вниз, они через несколько мгновений уже стояли за невысоким ограждением алтаря. Прихожане толпились совсем рядом, но юная жрица не увидела ни одного знакомого лица. Необъятная и безликая масса людей колыхалась перед ними. Люди заметили их.
Но мальчишка бесстрашно шагнул навстречу толпе, высоко подняв камень над головой. Люди отпрянули. Маленький воришка перелез через ограждение алтаря, затем помог своей спутнице.
У жрицы опять заныли плечи, а от сознания значимости совершенной кражи мурашки побежали по спине.
Ужасным холодом веяло от пола зала, когда девушка ступила на каменные ступени.
Вот последняя нота гимна замерла в вышине, уступив место шороху одежд и дыханию сотен людей. Надо было бежать, пока верующие, завороженные молитвой, не пришли в себя. Непреодолимое желание оглянуться на ослепленную статую божества заставило мальчика и девушку на мгновение остановиться и задрать головы. Снизу казалось, что бог Хам спит. Все три глаза были плотно закрыты. Похитители пошли вперед, а сотни людей зашелестели темными одеждами, вставая с колен. Безмолвно расступались они перед похитителями. В ушах девушки оглушительно пульсировала кровь. Нетерпение заставило ее прибавить шагу.
Когда последние ряды темных фигур осталась за дверями храма, жрица Арго увидела солнечный свет и на мгновение растерялась. Остановился и ее спутник. Он все еще держал камень высоко над головой. И вдруг, не сговариваясь, похитители побежали вниз по светлым ступеням.
Позади снова загремел гимн, словно их бегство послужило сигналом невидимому оркестру. Вслед похитителям полилась музыка. Уже на последней ступени, дрожа от нервного напряжения, девушка оглянулась, опасаясь, что прихожане темной толпой хлынут за ними в погоню. Однако гналась за ними только музыка. Она плавно обтекала беглецов, как прозрачная река или море, и успокаивала...
В музыку вплеталось звонкое чириканье ящериц. Пригвожденные страхом похитители смотрели на дверь Храма. Никто не выходил. Сделав шаг назад, мальчик легко прикоснулся к плечу спутницы и улыбнулся.
Жрица Арго провела рукой по рыжим волосам, расслабилась и посмотрела на Змея.
— Кажется, они и не собираются гнаться за нами. — Ее голос звучал чуть ли не разочарованно, затем девушка хихикнула. — А все-таки мы его стащили!
— Не стоит, — спокойно повторил верховный жрец Хама.
— Послушайте... — начал Михайло.
— Вы в полной безопасности, — продолжил жрец, — если сами не сделаете какой-нибудь глупости. Во время вашего путешествия вы вели себя достойно. Не оступитесь и сейчас... Я должен вам многое объяснить.
— Например? — вызывающе спросил Гео.
— Начну с ящериц, — улыбнулся жрец.
— С чего? — спросил Ями.
— С поющих ящериц, — пояснил Воплощение Хама. — Всего несколько минут назад вы проходили через рощу... Это было самое важное испытание в вашей жизни. Первое, что вы услышали, — пение среди ветвей.
— Я подумал, это птица, — вздохнул Ями.
— Но почему именно птица? — поинтересовался жрец.
— Да потому, что на Лептаре так поют только птицы, — раздраженно заявил Михайло. — Никто из нас не ожидал, что в такое утро запоет какая-то там старая ящерица!
— Из двух слов, определяющих поющее существо, остановимся на втором, — заявил жрец. — Дело в том, что вам не нужна ящерица, вам нужна птица. Ведь птица для вас символ весны, жизни, удачи, веселья... Поющая птица — символ, проверенный веками. Об этом писали поэты на всех языках: Катулл — на латыни, Китс — на английском, Ли Бо — на китайском. Вы ожидали увидеть птицу, потому что после множества испытаний нуждались в символе радости, победы — птице. А ящерицы бегают под мокрыми скользкими камнями, по могильным плитам. Ящерица — совсем не то, что вам требовалось.
— И какое же отношение имеют ящерицы к нам и нашему путешествию? — перебил жреца Михайло.
— Теперь о вас и вашем путешествии, — повторил жрец, слегка видоизменив вопрос Михайло. — Я уверен, у вас было множество причин совершить его. Расскажите о них сами...
— Во-первых, вы причинили вред верующим в богиню Арго... по крайней мере, в ту Арго, что правит на Лептаре, — начал перечислять Гео. — Мы должны были... отомстить. Во-вторых, вы похитили молодую Воплощение Арго, как, впрочем, и ее бабушку. И мы пришли, чтобы вернуть ее. В-третьих, вы во зло людям используете силу драгоценных камней. Мы пришли, чтобы забрать у вас последний из них.
Воплощение Хама улыбнулся.
— Только поэт способен увидеть мудрость в такой откровенности... Я приготовился длинными речами — убеждениями и уговорами — заставить вас признаться в том, о чем вы сами только что рассказали.