Возле крошечного водопада, созданного говорливым ручейком, стояли стройная девушка с кувшином в руках и статный широкоплечий парень, они соблюдали положенную между ними дистанцию, но было видно, что едва удерживались от того, чтобы не броситься в объятия друг к другу. Да кто бы и когда побеждал чувство любви, рожденное истинктом продолжения рода человеческого. Вот и сейчас девушка прогнулась вперед, будто не смогла удержать равновесия на камне. Она знала о суровом законе своего народа, который запрещал до замужества прикасаться к ней постороннему мужчине, но любовь была превыше всех взятых вместе запретов. Парень в черкеске поймал кисть возлюбленной и легонько пожал ее, этого хватило, чтобы обоих пробрала дрожь, приковавшая языки к деснам. Девушка опомнилась первой, завернув за ухо светлую прядь волос, потащила руку к себе, пальцы скользнули по ладони молодого человека, ухватились за тонкий поясок на собственной узкой талии. Ручей мурлыкал у ног, стараясь унять их возбуждение, ноздри щекотал сладковатый запах цветов, но потуги природы оказались напрасными, чувства не угасали, наоборот, они разгорались все ярче.
— Айсет, я не в силах откладывать дальше наш с тобой побег, — переступил с ноги на ногу парень, он сказал это с придыханиями и по татарски, видимо, проблема назрела давно. — Встречи могут продолжаться всю жизнь, а мы так и останемся знакомыми.
— Подождем еще немного, Панкрат, у брата уже родился сын, средняя сестра вышла замуж, теперь моя очередь решать свою судьбу.
— Но у нас все равно один выход, твои родственники не позволят тебе выйти замуж за меня, а мои будут против свадьбы с тобой.
— Ты прав, у нас даже выхода нет, — вздохнула девушка, она тоже знала немного по русски и в знак уважения пыталась включать в свою речь русские слова. Вот и сейчас она перешла на язык возлюбленного, заодно стараясь обратить на необычное сообщение его внимание. — Недавно брат намекнул своему другу о какой-то кровной мести, я подслушала разговор, но ничего не поняла.
— Вот видишь, снова между нами встанут проблемы, — как бы пропустил известие мимо ушей Панкрат.
— Камни преткновения вокруг нас давно, мне скоро шестнадцать лет и к матери уже год как засылают сватов. Я говорила тебе, что один из женихов с каменным лбом и короткими ногами, похожий на кусок скалы, предупредил, что если я не выйду за него замуж, он зарежет меня, а потом вырежет всю семью. Я знаю, что за угрозы Муса убьет его первого, но он на это способен, а я устала придумывать причины.
— Айсет, выдумками делу не поможешь, наступит день, когда ты будешь обязана дать согласие на свадьбу, иначе от тебя отвернутся все. Таков закон горцев, нарушать который никто не имеет права, — Панкрат крепче сжал рукоять кинжала, он понимал, что если сейчас не уговорит девушку убежать с ним, их любовный союз перерастет во вражду. И тогда не будет врагов злее и мстительнее, нежели двое недавних возлюбленных. Тем более, что она не знала правды о своей семье, о родном брате, от рождения повязанных кровной местью за убийство их деда и мужа с сестрами матери, видимо женщин в серьезные дела не посвящали. Если об этом сказать, то большие чувства разобьются о камни глиняным горшком. — Айсет, я предлагаю тебе руку и сердце, если ты дашь согласие стать моей женой, мы тут-же перейдем реку.