Винн всплеснула руками.
— Грифоны! Дыхание Создателя, я словно с малыми детьми разговариваю!
Элисса с Алистером тихо засмеялись, пока Винн с напускной укоризной качала головой.
— Стэн, а ты чего молчишь? Разве у тебя нет историй?
— Я солдат, а не тамассран*.
— Даже у тебя наверняка найдётся пара историй, — настаивал Алистер. — Вот что ты, например, делал, когда сидел в Лотеринге в клетке? Двадцать дней!
— На самом деле около тридцати. Просто в какой-то момент я перестал считать.
— И что ты там делал на одном месте столько времени? — Страж вытряхнул из бурдюка на язык последние две капли содержимого и с досадой понял, что уже всё выхлебал.
— В удачные дни я загадывал прохожим загадки, обещая сокровища за правильный ответ.
— Да ну! Правда?
— Нет.
— Ж-а-аль. Идея-то неплоха. — Страж закинул бесполезный бурдюк за спину.
— Я уверен, что у нашей предводительницы есть много историй. Сейчас её очередь, — усмехнулся Зевран. Его лицо от вина поменяло цвет с загорелого на красноватое.
— Из книг?
— Читать мы все умеем. Давай что-нибудь из твоих приключений! — воодушевился эльф.
Алистер осуждающе посмотрел на эльфа и с тревогой на Элиссу, но она лишь наклонила голову, что-то вспоминая.
— Хорошо. Как-то раз Чейз пробрался среди ночи в кладовую. Сплошь вымазался в муке и засунул морду в банку с малиновым вареньем, — Элисса рассказывала увлечённо и, казалось, искренне наслаждалась беседой. — …Потом пришлось долго успокаивать перепуганных слуг и стражников и убеждать преподобную мать, что в замке не завелась нечисть и храмовников вызывать не надо. А уж во что там превратилась кладовая, даже вспоминать страшно.
Все слушатели, кроме сдержанных Морриган и Стэна, хохотали от души, мабари вертелся рядом и радостно лаял. Элисса тоже смеялась вместе со всеми. Давно ей не было так хорошо.
— Что ж, по крайней мере, всё закончилось благополучно, — заключила сквозь смех Лелиана.
Элисса вдруг перестала улыбаться и приняла серьёзнейшее выражение лица. Все слушатели насторожились.
— Этим всё не кончилось, — гробовым голосом произнесла Элисса, — ибо наутро обо всём узнала Нэн.
Новый взрыв хохота прорезал ночную тишину.
— Ладно, моя очередь, да? — оживился Алистер. — Я рассказывал историю о Сером Страже из Андерфелса по имени Грегор? Он так крепко любил выпить, что…
— Эту даже я слышала. У тебя что, истории кончились? — заметила Элисса.
— А, ну не то чтобы…
— Я не слышала. Рассказывай, Алистер, — вмешалась Винн, потряхивая кружкой с элем. Элисса беспокоилась о её здоровье, но видя количество выпитого и до сих пор трезвое и прекрасное состояние чародейки, промолчала. — Что именно он пил, что вы не смогли его перепить? — усмехалась чародейка, словно бросала этому Грегору вызов.
— Можно подумать, ты разбираешься в выпивке, Винн.
— Зря вы так, молодой человек. Вы верно не знаете, что алхимики башни магов варят не только зелья.
— Этот Грегор — тот, который командует там храмовниками?
— Да нет! Это другой! Этот Грегор — Серый Страж!
— А-а, а то я уже запутался.
— Пойду поищу чего выпить… если только вы уже всё не вылакали.
— Уберите от меня эту слюнявую псину! Нечего ко мне ластиться!
— Морриган, ты разве не любишь животных?
— Мне приятно общество дикий зверей, а не вонючих одомашненных волков. Вон пошёл, блохастый!
Они сидели и пили допоздна. Звучали звуки лютни и песни. Сегодня Создатель хранил их, и друзья перед расставанием могли спокойно провести ночь за беседой, небеспокоемые никем и ничем. На одну ночь они забыли о смерти.
**Стынет тьма в перепутье вен.
Кара иль дар, выбор или плен,
Тени — в кровь нещадным сном
И дотла палят огнём.
Выбранный судьбой,
Взятый смертью в тиски
На закате возьми мою ладонь;
Нас быстрей сожжёт огонь,
но он ясней горит.
Пламя костра стало совсем маленьким. Дрова превратились в хрупкие угольки.
Ранит мечом время каждый шаг,
Ветер — твой дом, и костёр — очаг.
Тьма в глазах нещадным сном
И дотла палит огнём.
Запечатанным клеймом
Это пламя внутри
Разжигает боль до зари.
Когда все расходились по палаткам, ночь уже затухала. Элисса ещё раз напомнила, что утром они расстанутся и нужно хорошо поспать остаток ночи.
— Стэн, Лелиана, Зевран. Я оставила вам карты юго-восточного Ферелдена. Будьте осторожны и возьмите больше целительных зелий и припарок, так как Винн с вами не будет. Если дело окажется слишком опасным, не рискуйте. Мы встретимся и всё обсудим. Сейчас на ваших плечах только разведка.
— А вы пойдёте искать союзников?
— Позже… да. Сначала навестим другое место.
— Что? Куда ты хочешь отправиться?
Элисса серьёзно посмотрела на Алистера.
— В Остагар.
Нас быстрей сожжёт огонь,
но он ясней горит…
Комментарий к Глава 41. Ночь - время историй
*Тамассран (в пер. с кунлата «те, кто говорят») – орден жриц в кунарийском обществе, который отвечает в том числе за воспитание детей.
**Песня Laterne «Серый Страж». Акили получила разрешение исполнителя на использование стихов.
========== Глава 42. Возвращение в Остагар ==========
Много лет бесновался на земле Мор, и вот войска великих королей собрались на последнюю, решающую битву. Когда солнце прорвалось сквозь тучи, что клубились в почерневших небесах, лучи его высветили огромную орду порождений тьмы, которую возглавлял архидемон.
И именно тогда — когда, казалось, отвага покинула сердца и торжествовали отчаяние и смерть — появились Серые Стражи. Они прибыли под мерное хлопанье крыльев, подобное стуку могучих военных барабанов, и встали перед армиями людей.
Серые Стражи, суровые и бесстрашные, вышли вперёд, заслонив людей от бескрайней орды порождений тьмы. Самих себя они превратили в щит и не отступали, пока не был убит архидемон, и последнее порождение тьмы не было втоптано в землю. А потом, не требуя ни награды, ни славы за свою жертву, Серые Стражи удалились.
Когда тучи наконец отхлынули, и осквернённую Мором землю залило сияние солнца, великие короли поняли, что не потеряли ни единого бойца и не пролили ни капли своей крови.
Это предание не о битве, в которой сражались Серые Стражи, а о них самих. Они всегда защищали нас от порождений тьмы и отдавали свои жизни ради спасения наших.
Из легенды о Серых Стражах
— Вон, я вижу башни. – Элисса указала вперёд. Округлые вершины остагарской твердыни виднелись вдалеке на фоне бледного холодного неба.
— Наконец-то, а то кое-кто уже готов окочуриться. — Морриган с усмешкой покосилась на Алистера.
— Я ж не виноват, что зимой на юге так холодно. И я вырос не на здешних болотах! — Алистер зарыл в шарф нос и красные от мороза щёки.
— Думаю, рано или поздно мы должны были здесь оказаться. Слишком многое осталось незавершённым, и память об Остагаре до сих пор терзает мою душу, — глухо отозвалась Винн.
Никто не знал, что найдёт там, и какие воспоминания оживит Остагар, но все чувствовали потребность однажды туда вернуться. Серые Стражи были уверены, что должны сами увидеть, с чего началась и куда может привести эта война. Может быть, они найдут там что-то, что даст им сил или надежду двигаться дальше?
Алистер пытался шутить, препираться с Морриган и болтать по пустякам, но его шутки и смех выглядели натянутыми, и все это чувствовали. Просто делали вид, что не замечают. Он хотел прийти в Остагар, и он боялся этого. Боялся, что может там увидеть, потому как слишком многое здесь потерял. Элисса знала это, у неё были те же чувства. Здесь она рассталась с последней надеждой, здесь потеряла брата, так и не увидев его в последний раз.
По мере того как они приближались к твердыне через лес и холмы по сугробам, росла и тревога. Стражи опасались идти по Имперскому тракту, всю здешнюю землю до самого Лотеринга поглотил Мор. Дороги, ближайшие деревеньки и форпосты захвачены порождениями тьмы, и, скорее всего, на прямой дороге было бы полно засад.