«Охраняй доблестного короля Кайлана и направь его в битве с этим ужасным злом».
Кайлан. Король Ферелдена. Последний из рода Тейринов. Кайлан.
«Ты ведь дочь Брайса? Кажется, мы не были представлены друг другу раньше»
«Вчера на поле боя Страж Алистер спас мне жизнь. Я хотел бы поблагодарить его».
«Как только война закончится, я поверну войско на север и предам Хоу правосудию. Даю слово короля».
«Передай Алистеру, что позже я придумаю, как его наградить».
Ваше Величество.
Мой король…
Серые Стражи нашли его. Порождения тьмы и не прятали его. Не разорвали его тело на части, не утащили во тьму подземелий. Порождения тьмы поняли, что перед ними вождь восставшей против них армии, и вывесили его тело как трофей на всеобщее обозрение. Растащили его доспехи, разорвали одежду, пригвоздили к уродливым крыльям из костей, прибили железными прутами, как иголками мёртвую бабочку.
Кайлан.
Алистер и Элисса молча смотрели в лицо своему королю. Здешний холод не позволил времени разложить его тело, а ранам истечь кровью. Они так и замёрзли алой коркой вокруг торчащих прутьев. Грудная клетка короля была неестественно деформирована. Так он и умер, лишь на миг почувствовав, как осколки сломанных костей впиваются в органы.
Он ведь не страдал долго? — с печальной надеждой подумала Элисса. Несмотря на болезненную смерть, сейчас лицо короля выглядело спокойным, словно он спал и не видел снов.
— Внизу ещё порождения тьмы копошатся, — заглянула в долину Морриган. — Если полезете снимать его сейчас, то в удобную мишень для них превратитесь.
Элисса и Алистер резко обнажили мечи. Серые Стражи услышали навязчивое шипение ещё до того, как уродливый генлок показался на восточной стороне моста. Низкорослая, как у гномов, фигурка была облачена в небрежно сшитые куски кожи. В пухлой руке зажат костяной посох. Лицо словно обваренное в кипятке, а голову венчал золотой шлем с пурпурным плюмажем — шлем короля Кайлана.
Алистер снова почувствовал закипающую внутри ярость. Генлок был там один и хищно скалился, переводя взгляд белёсых глаз с одного Стража на другого. Едва Алистер сделал несколько быстрых шагов, чтобы прикончить эту тварь, как она взмахнула посохом. Трупы солдат вокруг засветились бледно-голубым пламенем и начали восставать, злобно рыча подобно самим порождениям тьмы.
Солдаты заслонили генлока от мечей и заклинаний, и тот сбежал, натравив мёртвых на Серых Стражей. Рука Элиссы дрогнула. Она попятилась назад, как и Алистер. Они слишком хорошо помнили этот мост, помнили этих солдат. Мерзкое порождение тьмы даже мёртвых не оставило в покое, и чувство презрения к тёмной твари боролось у Стражей с воспоминаниями о живых.
Мёртвые, ставшие врагами, подбирались медленно, выставив вперёд оружие. Элисса могла легко отрубить ближайшему руку, но её собственная рука дрожала. Они ничем не заслужили подобной участи и уж тем более не заслужили быть игрушками в руках порождения тьмы. Они уже мертвы.
Элисса замахнулась, чтобы отрубить голову воину в открытом шлеме и пластинчатом доспехе… но остановилась.
Не могу… Вернувшиеся горечь, боль и чувства. Раньше могла, сейчас — нет… хотя бы потому, что она видела едва сохранившиеся черты лица… хотя бы потому, что на нём такой же доспех, что был в тот день на Алистере и многих других.
Мёртвый воин не стал ждать нового удара и замахнулся двуручным мечом. Элисса только попятилась назад на два шага, смотря на него широко раскрытыми глазами, когда перед ней возникла чья-то надёжная спина. Элисса на миг зажмурилась и услышала звук рассекаемой плоти, а потом что-то твёрдое с металлическом звоном покатилось по мосту.
— Мерзкий день, — тихо процедил сквозь зубы Алистер и переключился на следующего противника.
Вспыхнуло магическое пламя. Солдаты горели, как факелы, но не чувствовали боли. Единственный способ победить мертвеца — обездвижить все его конечности. Руки, ноги, голову, пока не останутся одни обрубки.
Создатель! Это же наши солдаты. Они погибли в битве при Остагаре и были оставлены гнить здесь без достойных похорон, и теперь…
Элисса выдохнула и отрубила голову целившемуся в Винн лучнику. Чтобы защитить. Она могла сделать это только, чтобы защитить живых. Кусланд сделала ещё один выдох и сосредоточилась на бое.
— Ты бесполезна! — вскинула руки Морриган, когда все мёртвые превратились в пылающие останки. Только король Кайлан всё ещё висел на этих жутких крыльях по-прежнему мёртвый и нетронутый. Если бы генлок-некромант оживил его…
— Простите… — понуро извинилась Элисса.
— Эй, не смей её обвинять! — разозлился на колдунью Алистер. — Тебе-то почём знать, каково это? Человек ты или кусок льда?! Тебе вообще в жизни дорожить некем.
Элисса с Винн удивились эмоциональному выпаду Алистера, но Морриган не повела и бровью.
— И что теперь? Давайте позволим всякой мертвечине нас убить потому лишь просто, что при жизни они кем-то были? В Стражах все такие глупцы?
— Они не «всякая мертвечина»! Они наши товарищи!
— Перестаньте! — встала между спорящими Элисса — Вспомните, перед кем вы находитесь! — она печально взглянула на тело короля. Для Морриган это ничего не значило, но Алистер виновато замолк. — Я прошу прощения за недавнюю слабость. Больше этого не повторится. Если мы хотим закончить здесь дела до заката, нужно торопиться.
Когда она говорила таким тоном, Элиссе невозможно было перечить. Алистер ещё раз посмотрел на Кайлана.
— Прости нас, мой король. Как только выгоним отсюда порождений тьмы, сразу вернёмся и проводим тебя к Создателю, — прошептал он.
Ему и Элиссе очень хотелось догнать того генлока и сорвать с его головы королевский шлем. Элисса желала этого даже больше, ибо более, чем шлем, её разозлило то, что тела павших осквернила тёмная магия. Больше она не позволит себе остановиться.
Они проложили себе путь к восточной стороне руин. Пурпурный плюмаж мелькнул в воротах башни, оставив позади ещё несколько восставших — солдат и порождений тьмы, с которыми Стражи и маги справились быстро, наглухо закрыв свои эмоции.
Когда последний противник пал, Серые Стражи взглянули ввысь на вершину башни, где пустовало место сигнального огня.
— Башня Ишала, да? — пробормотал Алистер. — Что же, тогда вперёд.
Элисса шла за ним. Она вдруг поняла, что с самого начала похода раньше ни за кем не шла. Чувство защищённости оказалось приятным, но чувство ответственности было развито в Кусланд слишком остро, и она поравнялась с другом, приказав себе не раскисать. Её-то худшие кошмары уже позади.
Генлок-некромант ждал их на первом этаже. Едва они приоткрыли дверь, как прямо в них полетел огненный шар. К счастью, Алистер успел захлопнуть дверь, отсчитал три удара сердца и распахнул её, готовый рассеять любую магию, но некромант уже скрылся. Путь им преградили обычные гарлоки с топорами и мечами в руках.
Когда с ними было покончено, Серые Стражи оглядели округлое помещение первого этажа. Сейчас был день, и сквозь узкие окна-прорези тусклый свет освещал его. Алистер и Элисса мельком посмотрели друг на друга — они оба вспомнили об одном и том же, но без лишних слов отбросили эти мысли и пошли дальше.
— Нам точно нужно туда лезть? — Морриган скептически глянула в огромную нору посреди комнаты.
— Дверь на лестницу не поддаётся, так что он наверняка нырнул сюда, — пояснил Алистер.
— И что с того? Сдался вам этот генлок. Гоняетесь за ним одним, будто других порождений вам мало, — Алистер и Элисса красноречиво взглянули на колдунью. — Ладно-ладно, поняла я. Пф! Глупые Стражи.
В прошлый раз через эту дыру порождения тьмы захватили башню Ишала. Элисса иногда думала, что не будь этого обстоятельства, им бы удалось зажечь сигнал быстрее… это что-нибудь бы изменило? Кусланд тряхнула головой. В последнее время она заметила за собой слишком много сомнений.
Я так никуда не сдвинусь, — подумала она и первой прыгнула в яму… и почти сразу споткнулась о металлический прут в темноте.
Весь дальнейший спуск по камням она проделала кувырком, прикрывая голову, пока не приземлилась головой вперёд на пыльный каменный пол. Её меч со звоном упал рядом, а через несколько мгновений из тоннеля вывалился Алистер и рухнул бы на неё, не откатись Элисса в сторону.