— Но зачем в самом храме? Даже живя здесь, они могли запасаться едой в деревне, — размышляла вслух Элисса. — Да и куда им столько мяса? На него можно прокормить очень много людей.
— Эй, скорее посмотрите сюда! — крикнула Лелиана, которая вместе с Винн уже дошла до конца прохода.
Они оказались в просторной пещере, куда сверху из воздушного прохода попадало достаточно света, чтобы оглядеться. Всю её по окружности заполняли деревянные столы, а на них…
— Это что? Яйца?
От пурпурного до розового пещеру заполняли десятки яиц. Их размер варьировался от величины шлема до небольшого бочонка. Они имели шершавую поверхность и пятна на скорлупе, и по ощущениям были тёплые.
— Чьи это могут быть? — оглядывался Алистер.
— У меня есть предположение, но, надеюсь, я не права, — проговорила Винн, осматривая, как тщательно эти яйца обложены сухими ветками и даже одеялами, словно здесь устроили чьё-то тщательно оберегаемое гнездо.
— Интересно, можно захватить парочку из них и продать?
— Зевран, мы здесь не за этим, — Элисса серьёзно посмотрела на эльфа.
— Знаю, знаю, — вздохнул он и легонько постучал рукояткой кинжала по скорлупе, из любопытства.
Пронзительно визжащий рык прорезал тишину. Все заткнули и уши и согнулись в приступе невыносимой боли на слух. Несколько мелких камней упало сверху, что-то зашумело, и послышалось отчётливое хлопанье перепончатых крыльев. Прямой поток огня наполнил пещеру, и на землю шумно приземлилась крылатая тварь.
Молодой дракон упёрся четырьмя лапами в пол и даже так был в полтора раза выше человека. Он шипел, рыл когтями пол и агрессивно глядел на нарушителей жёлтыми, как кусочки янтаря, глазами. Он шумно похлопал крыльями и ударил хвостом ближайшую стену. Точно от удара булавы посыпалась каменная крошка. Уши снова наполнил рёв и через миг огненный жар опалил лёгкие.
Спутники нырнули под столы и спрятались за драконьими яйцами. Огонь не причинил скорлупкам ни малейшего вреда, но одеяла воспламенились и потянуло запахом горелой шерсти. Поток морозного воздуха внезапно наполнил пещеру и погасил начинающийся пожар. Дракон перестал реветь и вперился сузившимися глазами в Винн. Он снова открыл пасть, чтобы извергнуть пламя, но чародейка опередила его ледяным конусом. Душный пар повис в воздухе. Элисса выбралась укрытия, сделала несколько быстрых шагов вдоль столов. Дымка мешала видеть. Она уловила боковым зрением метнувшуюся к Винн тень и рубанула мечом наугад. Дракон остановился и зашипел на повреждённый кончик крыла.
В следующий миг Элисса даже не успела осознать, как выронила меч и оказалась на полу. Грузная тяжесть пригвоздила её к земле и придавила лёгкие. Горячее дыхание обожгло лицо, а острые когти сжались вокруг её локтя, вдавливая налокотник в кожу.
Две стрелы по очереди вонзились меж серо-зелёных чешуек. Антиванский кинжал воткнулся в основание драконьей шеи. Клинок рубанул по передней лапе. Клыки мабари вцепились в перепончатое крыло. Дракон выпустил свою жертву, встал на дыбы, сбросил со своей спины Зеврана и ударил крылом Чейза и Алистера. Тот при падении перевернул два стола с кладками яиц, на что дракон заревел, словно в великом горе, и выпустил вверх два коротких столба пламени, третий направил на Стража. Алистера спас щит. Морриган тоже начала ткать ледяное заклинание, когда со стороны прохода послышался множественный визг.
В пещеру заползли чешуйчатые ящерицы. Длинные выгнутые шеи, крылья и клыки явно намекали, что это младшая родня нынешнего дракона. Они открывали пасти и издавали высокий писк, но не могли извергнуть много огня, а лишь швыряли огненные вспышки во всех врагов, которых видели. Их клыки и когти уже были способны прокусить и проткнуть обычную броню, а удары хвостом напоминали удары хлыста и могли сбить с ног воина.
Пещеру наполнила какофония звуков и визга. Жар огня схлестнулся с магическим холодом. Алистер уворачивался от когтей дракона и метил клинком в его шею. Зевран пытался подобраться сзади и чередовал удары по дракону со схваткой с детёнышами. Лелиана целилась крылатым тварям в глаза. Чейз схватился с детёнышем-драконлингом в ожесточённой битве на клыках. Элисса старалась отрубить им головы, но их длинные шеи то и дело выгибались и уворачивались. Кусланд прямым ударом щита оглушила драконлинга и, наконец, добила одного, потом поспешила к следующему.
Дракон с распоротым крылом кусался и царапался, ревел и изрыгал пламя. Магия сковывала его дыхание. Когда он уже был ранен настолько, что едва держался на передних лапах и из последних сил старался ухватить какую-нибудь жертву пастью, Алистер и Элисса подскочили с разных сторон и рубящими ударами отсекли драконью голову от тела. Стрела Лелианы пронзила раскрытую пасть последнего драгонлинга.
Когда последний пар битвы рассеялся Элисса поочерёдно осмотрела своих соратников. Они были уставшие с раскрасневшимися от жара лицами, но живые. Мелкие ссадины и порезы от когтей и падений покрывали тела. Элисса согнула и выпрямила левую руку в локте, чувствуя неудобство от погнутого налокотника. Она отстегнула ремни, спрятала сломанную деталь в сумку и подобрала свой изорванный со всех сторон плащ.
— Я передумал. Ничего не хочу отсюда брать, — прокомментировал Зевран, отдышавшись.
— Как эти культисты живут тут с драконами? Не понимаю, — Лелиана опасливо покосилась на застывшую в предсмертном рыке драконью пасть.
— Похоже, это нам ещё предстоит выяснить. Идёмте же! — провозгласила Винн.
Элисса уже не хотела ничего выяснять. Она чувствовала неимоверную усталость. Она устала от засад, устала волноваться за товарищей, волноваться за то, чтобы пролить как можно меньше крови. Элисса уже просто хотела пройти к Праху, взять то, что им нужно, и уйти. Моральная усталость за прошедшие месяцы проблем и трудностей вдруг навалилась чугунным грузом и давила на голову.
Она поравнялась с Зевраном, который как всегда сохранял бодрое расположение духа и тихо спросила:
— Как у тебя получается всё время улыбаться? Это, наверное, тяжело.
Эльф удивился вопросу, но тут же в своей беспечной манере рассмеялся:
— Я просто стараюсь брать от жизни и сложившегося положения всё. Кстати, если тебе интересно, я ещё знаю отличный способ расслабиться.
— Снова массаж? — устало улыбнулась Элисса. — Такие прикосновения очень личные. Тебе не кажется?
— Ну вы даёте, ферелденцы! Ладно, я всё-таки порядочный мужчина и не прикоснусь к тебе, пока ты не пожелаешь, — улыбнулся своей лучшей улыбкой Зевран.
Элисса поблагодарила, имея в виду исключительно массаж.
Вскоре природная пещера снова обрела очертания рукотворной. На потолке и стенах появилась резьба, в промежуточных комнатах снова стали встречаться следы цивилизации. На пути даже попалась небольшая библиотека, полная старинных свитков и книг. Элисса краем глаза заметила, как Винн подобрала одну и на ходу углубилась в чтение. Морриган же пинком отшвырнула первую попавшуюся обложку, давая понять, что не прочь развести из всей этой бумаги костёр.
За библиотекой располагался зал статуй, изображающих все важнейшие эпизоды истории Андрасте. Саму пророчицу тут изображали кроткой нежной женщиной с большим щитом в руках. Маферат представал как могучий вождь многотысячной армии аламарри в рогатом шлеме, а архонт носил имперское одеяние мага с перьями на плечах, но вместо посоха держал меч.
— О, Гессариан! Магистр и архонт империи Тевинтер. Насколько я помню, это же он приказал сжечь Андрасте, а потом сам убил её?
Все посмотрели на эльфа.
— Что? Я ходил в церковь, когда был маленьким.
— Никогда бы не подумал.
— Зря ты так, Алистер. Я между прочим очень верующий.
— Но ты ведь убиваешь. За деньги!
— Да, и каждый раз прошу Создателя отпустить мне грехи.
— Но ты просишь Создателя отпустить тебе грехи, а потом убиваешь снова! — воскликнул Алистер.
— Создатель меня ни разу не упрекнул! Так что ж тебе надо? — обиделся Зевран.
Рукотворная плитка на полу потрескалась от времени. Было уже почти невозможно разобрать, какие узоры и смыслы вложил в неё мастер. Но некоторые плиты и барельефы хранили следы давнего ремонта, поблёкшую каменную мозаику когда-то подкрашивали — многое говорило, что в прежние времена об этом храме очень заботились. Возможно, предки нынешних жителей Убежища.